Actions

Work Header

Герпетология

Work Text:

Когда Шэнь Цинцю признался, что увлекается изучением монстров и демонов и хотел бы исследовать такой интересный гибрид, Чжучжи Лан подумал, что ему придётся просто ответить на вопросы. Разумеется, он был бы счастлив рассказать мастеру Шэню всё, что тот сочтёт нужным узнать, но вот того, что под изучением тот подразумевает действительно изучение, не предполагал. Внимательное и всестороннее изучение его тела.

— Как интересно! — мастер Шэнь отвлёкся, делая пометку в свитке, и снова вернулся к змеедемону. — Очевидно, что твоя человеческая часть — не более чем внешнее подобие. Сама структура тела остаётся змеиной, со всеми положенными особенностями.

Он провёл кончиками пальцев по спине Чжучжи Лана до самого затылка, так, что по коже разбежались горячие мурашки. Змеедемон пискнул от смущения — говорить в этом облике он всё равно не мог — и подавил порыв свернуться клубком, пряча среди витков чешуйчатого тела покрасневшее лицо.

— На самом деле у тебя чешуя на всём теле, до самой границы роста волос! — заклинатель приподнял его волосы и некоторое время изучал затылок, щекоча кожу дыханием. — На некоторых местах она становится совсем тонкой и мелкой, но не исчезает полностью. Даже на лице!

Мастер Шэнь переместился вперёд и коснулся его щеки, осторожно, самыми кончиками пальцев. От мягких тёплых рук пахло чем-то свежим и сладким, Чжучжи Лан шире раздул ноздри, вбирая этот аромат, неосознанно подался вперёд и едва смог заставить себя не тереться лицом о такие прекрасные ладони.

— Можно? — пальцы со щеки скользнули на губы. Чжучжи Лан машинально кивнул и подавился воздухом, когда они вдруг протиснулись между ними. — Открой пошире.

Лицо мастера Шэня теперь было совсем близко, Чжучжи Лан не знал, куда деть глаза, замер, даже не дыша, пока тот осторожно исследовал его рот. Только кончики раздвоенного языка трепетали от возбуждения.

— Удивительно, зубы при этом вполне человеческие, — мастер Шэнь коснулся сперва передних, потом коренных. Осторожно тронул верхние клыки — у Чжучжи Лана по спине прошла мелкая дрожь. Их он изучал дольше и всё более увлечённо. — Кроме этих. Стопроцентно змеиные зубы между человеческими — очень необычное сочетание. На кончиках отверстия — значит, ядовитая железа должна быть где-то здесь…

Ловкие пальцы мягко погладили десну. Ещё раз, с чуть большим нажимом. Чжучжи Лан с холодком ощутил, как железа помимо его воли сокращается, выпуская яд. Мастер Шэнь подхватил тяжёлую золотистую каплю с кончика клыка горлышком флакона. Закрыл его и одной рукой не глядя сунул в рукав. Продолжил всё с той же нежной настойчивостью.

— Теперь понимаю, почему в этом облике ты не можешь разговаривать, — сказал он, переключаясь на язык. Осторожно ощупал его почти по всей длине, затем вытащил наружу. Склонился ближе, разглядывая подёргивающиеся узкие кончики.

Даже пойманные, они продолжали пробовать воздух, и Чжучжи Лан не мог не чувствовать сладость и тепло чужого дыхания, тончайшим паром висящего в воздухе между их лицами, оседающего на язык еле ощутимыми капельками... он был больше не в состоянии этого выносить.

С полузадушенным возгласом змеедемон отшатнулся, упал на брюхо и торопливо свернулся насколько мог плотным клубком, уткнувшись горящим лбом в прохладную чешую.

— Что случилось? — мягкие человеческие пальцы легко коснулись волос. — Прости, я сделал тебе больно?

Чжучжи Лан помотал головой, не глядя на Шэнь Цинцю.

— Тогда в чём же дело? Тебе плохо? Или тебя что-то напугало? Ну же, посмотри на меня.

Мастер Шэнь ещё раз погладил его по волосам, а затем с неожиданной силой перевернул на спину. Чжучжи Лан зажмурился так плотно, что заболели глаза. Всё. Это конец. Сейчас прекрасный заклинатель отшатнётся в ужасе и больше никогда с ним не заговорит, не то что не дотронется.

— О! О-о... — к его искреннему изумлению, отвращения в голосе мастера Шэня не слышалось. — Так вот какой... какие... на вид тоже ближе к змеиным гемипенисам, чем к человеческим. Ты позволишь?

Чжучжи Лан приподнял веки и тут же вновь закрыл глаза почти в панике — узкая длиннопалая ладонь мастера Шэня, бледная, влажно поблёскивающая от — о предки! — его слюны, в какой-то пяди от его... органов. Замершая в ожидании разрешения. И его лицо, увлечённое, почти восторженное, с потемневшими глазами.

— Я не причиню тебе вреда.

Он не мог говорить... да что там, он и думать-то сейчас не мог. Чжучжи Лан кивнул.

И тут же выгнулся с судорожным вдохом, когда чужая рука обхватила его члены, уверенно и нежно.

— Совсем не похоже на человеческую кожу, такие мягкие. Они должны быть очень чувствительными.

Мастер Шэнь смял в пальцах один из топорщащихся во все стороны маленьких кожистых выростов, усеивающих его члены, и Чжучжи Лан ахнул — настолько острым было удовольствие. Он задыхался и вздрагивал, пока чужая ладонь — ладонь мастера Шэня! Это не может быть наяву, это сон, прекрасный, ужасный, неуважительный сон! — ласкала его так, что жар от каждого прикосновения разбегался по всему телу искрами.

— У обычных змей... предстательной железы нет... — голос мастера Шэня звучал непривычно хрипло. — Но ты... нужно проверить.

Чжучжи Лан не понял, что он говорит, просто кивнул не задумываясь, для этого человека согласный на всё. И застонал, почти закричал, когда почувствовал, как внутрь его тела проникают сразу два длинных, влажных от слюны пальца. Мастер Шэнь согнул их, надавил куда-то, отчего тело змеедемона прошило уже совершенно невыносимым наслаждением от кончика хвоста до макушки и обратно. Он кричал и бил хвостом, пока семя выплёскивалось из обоих членов, пачкая его брюхо и руки мастера Шэня.

— Хороший мальчик. — Заклинатель поднёс залитую белым ладонь к лицу, с интересом обнюхал и — оххх! — лизнул. На секунду раскрасневшееся его лицо стало удивлённо-задумчивым. Чжучжи Лан, не в силах смотреть на это, вновь свернулся клубком. Мастер Шэнь со смешком обнял его — перед глазами мелькнул заляпанный белым бирюзовый рукав — и легко переложил головой к себе на колени.

Растерянный, потерявшийся в ощущениях Чжучжи Лан покорно уткнулся носом в гладкий шёлк его верхнего одеяния. Мастер Шэнь гладил его по волосам, и тонкие длинные пальцы чуть подрагивали, а дышал заклинатель заметно чаще и громче, чем позволяли приличия.