Actions

Work Header

Две Гароны

Work Text:

Сигнал пришел как раз по окончании встречи. Хорошо, что после, а не во время, на него и так посматривали косо в Даларане (традиционно, ещё даже до Медива, когда он был совсем сопляком), и если бы он сорвался посреди заседания Совета Шести, его поступок очень рассердил бы уважаемых коллег. Впрочем, об этом Кадгар подумал (и обрадовался) гораздо позже, а сейчас он мгновенно телепортировался в небольшой домик на окраинах Квартала магов в Штормграде (он выбрал спрятать малышей именно здесь: и от Даларана подальше, и не так заметно в общем магическом излучении – от малышей фонило с самого появления на свет).
Сигнал был желтым, Мэган не считала, что она и детки в опасности, но была чем-то выбита из колеи. У Кадгара было слишком много врагов, чтобы оставлять любую неясность без внимания.
В кабинете, куда он перенесся, всё было на своих местах, все сигнальные заклинания мирно спали. И в коридоре было пусто и тихо. В угловой комнате мирно пульсировали два волшебных маячка, неслышно давая заклинателю знать, что с двумя подопечными всё в порядке: судя по тишине, малыши спали. Поколебавшись, Кадгар решил не заходить в детскую: маячки невозможно было обмануть, а дети всегда просыпались, когда он подходил близко. Чуяли что ли, мелкие кудесники.
Немного успокоившись, Кадгар отправился на поиски Мэган, но волшебница встретила его на полпути вниз. Она стояла внизу лестницы на первый этаж и нервно сжимала кулачки.
- Я даже не знаю, что тебе сказать, – призналась она. – Она просто пришла и постучала! Но сюда никто никогда не приходит. И я... не смогла ее остановить. Она... только что стояла на улице, разговаривала со мной, и вдруг уже как-то оказалась внутри. Никакой магии – и я всё равно не уследила за ней.
У него начали появляться нехорошие предчувствия.
- А потом, – Мэган взмахнула руками, – их стало двое!
Кадгар мягко подвинул Мэган с дороги и влетел в кухню. Образно говоря.
«Бежать и немедленно!» – была первая мысль. «Но дети!» – вторая, остановившая его. «Гарона не причинит им вреда», – пришла запоздавшая третья, когда его уже заметили. Хотя он льстил себе: его наверняка услышали, ещё когда он только телепортировался в кабинет и начал топать над головами незваных гостей.
На его маленькой чистой (стараниями Мэган) кухне за его столом сидели и пили чай две клыкастые, зеленокожие, затянутые в кожу полуорчихи. За что, всеблагой Свет, за что.
- Ну здравствуй, Кадгар, – сказала Гарона.
Его Гарона. Ох, они же обе его. Одна – потому что из его времени, а вторая – потому что он никогда не был настолько близок с первой... Запутаться можно!
- Ты проходи, проходи, дорогой, – заухмылялась другая Гарона.
Та, которая из Дренора, младшая, словом! Она предчувствовала неплохое развлечение, если Кадгар правильно помнил этих бесенят в ее глазах. А они резвились особенно неудержимо, когда смеяться их хозяйка собиралась над ним.
Старшая Гарона тем временем продолжила с невозмутимым лицом:
- Мне тут сообщили, что у нас с тобой завелись дети, и я почему-то решила, что уж я бы заметила, если бы вдруг отрастила себе живот.
- Ох, – умно ответил Кадгар.
Конечно. Теперь-то самое время корить себя за недогадливость: рано или поздно до Гароны-первой, до старшей, дошли бы слухи о его потомстве, и она мигом примчалась бы разбираться! Нет чтобы заранее найти её и рассказать! Что ж поделать, если он очень не любил говорить о своих детях и, особенно, об их загадочном происхождении. Мало ему было одной Гароны, издевающейся над ним!
- Да, милый, – закивала головой младшая Гарона, даже не пытаясь сдержать улыбку. – Расскажи почтенной госпоже об этом, успокой ей душу.
- Гарона, – недовольно проговорил Кадгар.
- Да, – тут же откликнулись обе.
Бежать уже было поздно. Переноситься некуда, кухня тесная, а телепорт требует времени - пары секунд, которых ему никто не даст. Смирившись, Кадгар прошел к гостьям и устало опустился на стул. На пороге кухни маячила Мэган; судя по её лицу, почтенная мадам понятия не имела, что ей делать.
- Прости за такое беспокойство, – вздохнул Кадгар. – Ты свободна на сегодня.
Мэган открыла было рот, вероятно, чтобы усомниться в его способности управиться с двумя маленькими детьми, но в итоге ничего не сказала, и, молча кивнув, удалилась.
- Ну? – спросила Гарона-старшая.
- Ты только не подумай чего дурного... – начал он.
- В этих детях нет ни капли орочей крови, – оборвала его Гарона-старшая, – так что я ничего и не подумала, не мельтеши.
Несмотря на всё, что они пережили, в её глазах он навсегда останется юным мальчишкой, хмуро взирающим на неё поверх стопки книг? Хотя нельзя сказать, что и от Гароны-младшей, знающей его только как пожилого могущественного мага, он увидел хоть каплю пиетета и уважения.
- Ладно, с тобой понятно, а ты что тут делаешь? – обратился он к Гароне-младшей.
- Ты мне не рад? – та надула губки, но, увидев его нахмуренные брови, легкомысленно пожала плечами.
- Мой любовничек усвистал домой в Штормград, и я, как верная девушка, последовала за ним.
- Я тебе не... – сдавленным голосом еле выдавил Кадгар и тут же повернулся к Гароне-старшей, – я ей не любовник!
Та сидела, подперев кулаком голову (совсем, как любила делать Гарона-младшая!), и взирала на него. Кажется... кажется, или в её глазах плясали знакомые неистовые бесенята?
- Не моё, конечно, дело, – отозвалась она неспешно, но не успел он обрадоваться, как она тут же добавила, – но это было бы странно, если бы ты закрутил с молоденькой версией меня. Очень странно, Кадгар, малыш.
Гарона-младшая залилась веселым хохотом, едва не тыча в него пальцем. Зато она стукнула кулаком по столу от избытка чувств и едва не сбила на пол чашку с чаем. Конечно, она поймала злополучную чашку в полете и, всё ещё смеясь, поставила на место. Ни капли не пролив - невольно заметил Кадгар. Потому что думать о чае было гораздо проще, чем представлять, в какой ад может превратить его жизнь одна Гарона, не говоря уже о двух!
Когда Гароны вдоволь насмеялись над ним, одна – открыто, вторая – уголками губ и веселым блеском глаз, младшая рассказала, как окрутила одного из искателей приключений, постоянно ошивавшихся в таверне гарнизона («памятное местечко, да?»), и уговорила его показать ей его прекрасную родину. («Так что нечего переживать и воображать заодно, что на неё больше некому заглядываться!» «Не заглядывался я на неё, Гарона!»). Этот любовничек и провел её порталом прямо в Штормград. А уж тут найти мага, даже такого скрытного, как Кадгар, было делом техники.
Гарона-старшая, успокоившись насчет слухов, вытянула из Кадгара историю появления его деток на свет и пришла в ужас. В отличие от своей младшей версии, знать не знавшей Медива и его трагическую историю, она тоже первым делом подумала о том, что могло скрываться в двух невинных на вид крошках неизвестного происхождения, и мрачно пообещала Кадгару, что будет следить за ними. Кадгар знал, что эта Гарона перережет им горло недрогнувшей рукой, если хотя бы заподозрит в них скверну. Это... успокаивало, в некотором роде. Он уже не был уверен, что окажется способен на это сам, если придет время.
Уладив личные дела, Гарона-старшая спросила, чем Кадгар собирается заниматься теперь, вернувшись в Азерот; собирается ли оставаться тут или возвращаться в Шаттрат?
- Я буду искать Гул'дана, – жестко ответил Кадгар. – Он обязательно появится снова!
- Тебе не будут мешать? – спросила Гарона-старшая. – В твоём Совете тебя не особенно любят.
Кадгар махнул рукой.
- Тоже мне новости. Они никак не могут решить, оставить ли меня рядом, чтобы был на виду, или опять сослать куда подальше. Но здесь у меня есть ты, Гарона, и пока я важно расхаживаю по Даларану и раскланиваюсь со всеми, ты будешь искать следы Гул'дана, если он опять появится на Азероте.
- Я не упущу его, – тихо поклялась та.
- В Дреноре тоже есть кому приглядеть за порядком, – продолжил Кадгар.
- Кто? – с любопытством и немного ревниво спросила Гарона-младшая.
- Ирель.
- Эта сладкая девочка?
- Эта сладкая девочка слишком много потеряла в войну. Она больше не позволит никому нарушить покой её мира.
- А Запределье? – спросила Гарона-старшая.
- О, Запределье! – Кадгар улыбнулся. – За Запределье я спокоен. Там у меня везде свои люди.
Запределье – проклятые осколки погибающей планеты, на которой он так внезапно оказался заперт, как в тюрьме, и которая неожиданно стала больше домом, чем когда-либо был Даларан. Чем когда-либо был Азерот.
- А кто присмотрит за тобой? – спросила Гарона-младшая. – За ними?
Она мотнула головой куда-то наверх. Кадгар хотел было запротестовать, что ему не нужен присмотр, память о предательстве Корданы была ещё слишком свежа, но закрыл рот и промолчал в последний момент. У Гароны были свои счёты с Гул'даном. А ему не помешает ещё одно доверенное лицо.
- Так я и думала, – довольно сказала эта упрямая девица.
- Орчиха в центре Штормграда? – протянул Кадгар с сомнением.
- Тоже мне центр! Живешь на окраинах, как нищета последняя, – пробрюзжала Гарона-младшая и задрала нос, – и вообще, ты помнишь, с кем говоришь? Твои соседи даже носа моего не увидят, даром что маги-шмаги. Сам-то не заметил ни разу, пока...
Она осеклась. Не хотела, видимо, договаривать при другой Гароне что-то вроде «пока я тебя не продырявила кинжалом».
- Никто не узнает, в общем.
- Ладно, – сказал Кадгар, даже не скрывая усмешки, – уговорила.
В доме, в конце концов, была еще одна крохотная комнатушка на первом этаже.
Ещё одна линия обороны для его воронят.
Ещё один клинок на его стороне.
Ещё один действительно доверенный друг рядом.