Actions

Work Header

Надоедливый мертвец

Work Text:

Дверь приоткрыта, и поэтому Бенкей прекрасно слышит, как Ёшицуне меряет комнату шагами. Она сидит на диване, не глядя, пролистывает журнал; мальчик, которого Ёшицуне недавно заполучил в "Трезубец" — он, кажется, все еще считает, что они семья якудза и Ёшицуне собственнолично вырезал больше сотни человек, а еще ей кажется, что она его уже видела — дергается, как на иголках.
Ёшицуне в кабинете пинает стол, приглушенно ругается, стрелка на часах на столе неумолимо ползет к полудню. Напряжение в воздухе можно, кажется, потрогать рукой — слышно, как Ёшицуне садится за стол, Бенкей перестает даже притворяться, что она читает, а мальчик, Акира, съеживается на стуле, как будто хочет провалиться сквозь землю.

До первого письма никто и не подозревал, что королей Огня и Грохота связывает что-то большее, чем редкие встречи в составе "Генезиса". Они неплохо ладили, но их знакомство ознаменовалось незарегистрированным заездом — победил Спитфайр — и взаимными обвинениями в пижонстве — и в словесной дуэли верх явно одержал Ёшицуне. Наблюдать за их перепалкой Бенкей вскоре надоело, и она оставила их одних. Ёшицуне явился в гостиницу, где они снимали один номер на двоих в целях экономии, только под утро, и от него разило алкоголем.
Так или иначе, когда на следующий день после возвращения из Токио Ёшицуне пришло письмо, подвоха он не заподозрил и даже позвал Бенкей, чтобы посмотреть приложенное видео вместе. Спитфайр неплохо подготовился к своей смерти: Казу уже рассказал Бенкей, пока встречал их на вокзале пару дней назад, что он обнаружил на флешке несколько десятков тренировочных видео, и Ёшицуне, конечно, тоже это слышал.
Вот только видео, прикрепленное к тому письму, было вовсе не тренировочным.
Ёшицуне закрыл почту так быстро, как только смог, но Бенкей все равно успела узнать Спитфайра — даже несмотря на то, что обычно, когда они встречались, на нем было больше одежды.
— Генера-ал, — восхищенно выдохнула Бенкей, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться во весь голос, и Ёшицуне сбежал, прижимая к груди ноутбук.
У него покраснела даже шея.

Письма приходят с неравным промежутком, и, сколько Ёшицуне ни добавляет адрес Спитфайра в спам, тот все равно находит способы обходить блокировку. Ёшицуне пытался даже менять адрес: ничего не помогло, а видео — с абсолютно однозначным содержанием — чуть не попало к Таке-чану, и после этого Ёшицуне решает не рисковать.
Не то чтобы у них нет других проблем: в Токио назревает что-то пугающее и "Генезис", скорее всего, бросит их, когда придет время, в Осаке они спешно перепроверяют арсенал, потому что главная битва должна произойти там, в Киото — готовятся отступать и перевести штаб. Дел по горло, Бенкей носится по городу, мешки под глазами у Ёшицуне становятся все заметнее с каждым днем. Нужно быть идиотом, чтобы не понимать, что в этот раз "Грамскейл" будет отличаться от обычного, и дело даже не в том, что "Когарасумару" принимают участие, а в том, что и "Спящий лес", и "Генезис" начали готовиться намного раньше обычного. Все поставлено на кон — самое неподходящее время для того, чтобы отвлекаться на глупости.
Спитфайр — мертвый Спитфайр, которого никто не просил лезть — так, видимо, не считает.
По тому, какая в кабинете стоит тишина, Бенкей догадывается, что пришло новое письмо. Ёшицуне, похоже, верит, что сможет найти в них что-то полезное, он их даже смотрит — Бенкей кусает губы от смеха, когда он вылетает из кабинета с пылающими ушами. Акира, мальчик-хакер, которого Ёшицуне нашел специально для того, чтобы разобраться со спамом Спитфайра, сокрушенно качает головой, признаваясь в очередной неудаче, но в этот раз Ёшицуне на него даже не смотрит.
— Мы едем в Токио!

Бенкей понятия не имеет, есть ли у них план, зато она привыкла полагаться на Ёшицуне — и в этот раз, занимая место в синкансене, он даже не начинает жаловаться на дороговизну билетов. Он бормочет что-то вполголоса, нервно потирает руки, так что женщина на сиденье сбоку бросает в его сторону подозрительные взгляды. На лице у Акиры написан ужас. Бенкей готовится провести время просто потрясающе.
В гостинице Ёшицуне наконец делится с ними своей идеей.
— Мы заберемся к Спитфайру в квартиру. Должно же быть там что-то...
— То есть плана у нас нет?
— Это же частная собственность, — пытается возразить Акира.
— Этой рассылкой, — Ёшицуне кривится на секунду, — занимается явно не Казу.
Он так заметно смотрит в сторону, что Бенкей понимает — звонил. И лучше бы им не встречаться с "Когарасумару".
— В квартире могут быть зацепки.
— Личное пространство...
— Почему ты так уверен, что ее вообще не продали или сдали в аренду?
— Проникновение со взломом...
— Там собираются члены его команд.
— И тюрьма, — обреченно заканчивает Акира, мрачнея все больше и больше.
Ёшицуне стоит посреди комнаты, Бенкей сидит на одной из кроватей, и она хмурится, почти признавая поражение.
— И в любом случае, откуда мы узнаем, где находится?.. — начинает Бенкей и тут же обрывает себя: — О.
Кажется, к виду краснеющего Ёшицуне она может и привыкнуть.

Квартиру Спитфайра Бенкей узнает сразу же — она здесь, конечно, ни разу не была, зато у нее есть пароль от почты Ёшицуне, про который сам Ёшицуне давно забыл.
Высокие потолки, рояль, в темноте кажущийся светлой тенью; ощущения не меняются даже от того, что они заходят через окна, а не через дверь.
Спитфайр расположился на самой окраине, подальше от шумных ночных кварталов, и теперь света от уличных фонарей не хватает. Бенкей ненадолго замирает на пороге, моргает. Акира, проскользнувший внутрь вслед за Ёшицуне, кажется, уже смирился со своей участью и помогает ему копаться в ящиках. Они не в спальне, но наверх все равно летит одна одежда — одежда, книжка, журнал, Ёшицуне машет на компьютер, и Акира понятливо кивает.
— И все-таки, что мы ищем? — очень сильно сомневаясь, спрашивает Бенкей — почему-то шепотом, как будто кто-то может ее услышать. Ёшицуне отвечает тоже шепотом.
— Он должен был оставить какие-то зацепки. Хоть что-то.
И в эту секунду в соседней комнате что-то с грохотом падает на пол.
Акира подскакивает, статуэтка, которую он держал в руках, выскальзывает, и Бенкей кивает Ёшицуне, показывая ему, что она разберется. Противник теперь тоже знает, что они здесь — то, что это квартира Спитфайра и встретить кого-то здесь посреди ночи странно, даже не приходит Бенкей в голову. Она тихо шагает к двери, вытягивая трость из-за отворота сапога и прислушиваясь к тому, как двигается человек по ту сторону двери.
Когда дверь подается назад, Бенкей бросается в проход, замахиваясь.
И чуть не ударяет Ине Макигами.

История Ине проста и похожа на их собственную: компромата у Спитфайра полно еще со времен первого "Спящего леса", но Ине о нем даже не подозревала. До недавнего времени, когда письма от Спитфайра вдруг посыпались одно за другим; что именно в них было, Ине не рассказывает, только краснеет так, что становится похожей на совсем молоденькую девчонку.
— Я подумала, что это не просто так, — говорит она в конце концов, а потом улыбается и честно признается: — И что я могу отрубить его от сети ко всем чертям.
Ёшицуне яростно кивает. У Ине есть фонарик, который она еще не включала, потому что не хотела привлекать внимание, и Ёшицуне отбирает его у нее и светит себе в подбородок, выглядя попросту жутко.
Когда приходит его очередь рассказывает, он краснеет без причины; но до конца добраться не успевает — они сидят в гостиной, переходящей в коридор, и поэтому прекрасно слышат, как в замке поворачивается ключ. Бенкей кивает, показывая, что она разберется, и тихо идет к двери.
На этот раз у нее получается — она изо всех сил ударяет Фалько.

История Фалько даже проще — ему, в отличие от остальных, пришло только одно письмо, да и то без порно-записей или монтажа, по почте, со вложенным ключом.
"В моем столе лежит гайд по прохождению ветки Акане-тян" — написано на листе. Бенкей смотрит на него, смотрит на Ине, пытается посмотреть на Ёшицуне, но тот радостно воскликает:
— Прохождению Акане-тян!
Когда раздается голос, Бенкей думает о том, что ее капитан идиот, и от неожиданности вздрагивает.
— Друзья!
Одновременно с голосом вспыхивает проектор, и на стену выводится огромное изображение Спитфайра. Акира стоит у компьютера, виновато улыбаясь, но Бенкей не успевает подумать об этом, потому что Спитфайр снова начинает.
— Все собрались, верно? Ёшицуне, Фалько, Ине? — он минуту молчит непонятно зачем, потом кивает: — Спасибо, Акира, можешь идти.
— Предатель, — шипит Бенкей в его сторону.
Акира со взявшейся непонятно откуда уверенностью — теперь Бенкей вспоминает, что видела его за спиной Спитфайра пару раз — пожимает плечами.
— Я, или, точнее, Акира, собрал вас здесь, чтобы поговорить о "Когарасумару" и их...
Спитфайр достает какой-то график, за его спиной развешаны таблицы, и черт возьми, лекция посреди ночи — худшее, на что могла нарваться Бенкей.
— Вот ублюдок, — восхищенно цедит Ёшицуне, поудобнее устраиваясь в кресле.
— Я все еще могу отключить его и стереть все с компьютера, — интимно замечает Ине, наклонившись к ним, и Ёшицуне кивает:
— Пусть договорит.
Спитфайр на экране переходит к очередному графику.
Быть мертвым у него получается просто отвратительно.