Actions

Work Header

Техас, 2066

Chapter Text

- М-м, кто-то не успел сходить в душ после трудного рабочего дня? - промурлыкал женский голос с лестницы, и Стив вжался в стену уже странно-знакомым движением, его сердце застучало быстрее и ещё быстрее, грозя снова заработать ему аритмию.

- Я ещё не закончил, Нат, - бросил Баки негромко - это совершенно точно был его голос, и в этот момент кровь опять подожгла щёки, расплылась пятнами румянца по ушам, вискам и шее. И откуда у него, Стива, столько этой чёртовой горячей крови? Он же постоянно только и делает, что страдает от холодных пальцев на руках и озябших пяток. - Мне сегодня ещё одну тачку дошаманить, давай после...

Возможно, это самоубеждение, но в голосе Баки не было слышно особого желания, на что бы Наташа его ни подбивала. Стив ни черта не видел со своего места наблюдения. Только слышал многообещающие шорохи и тяжёлое, учащённое дыхание. Наташа говорила таким голосом, что спутать посыл было невозможно. В воздухе совершенно явно начало пахнуть сексом.

Да, он снова приехал не вовремя, да, он снова застрял в безумно нелепой, компрометирующей ситуации, когда сначала прошёл внутрь до самой лестницы в поисках Баки, а потом понял, что же там, в пролёте между этажами, происходит. И он краснел, горел от неловкости, ему было до тошноты стыдно - ведь подслушивать, тем более подобные вещи, некрасиво, нехорошо, недостойно наследника Лорда, но боже, эти двое ему кишки поджигали, обливая напалмом - ощущения в паху были именно такие. Он горел, как зажигалка по щелчку пальца. Горел, только слушая их рваный диалог и дыхание. Он был жалок. Конечно, ему ни разу в жизни подобного не перепадало. Не до того было все время - то одна докторская, то вторая, и формулы сыворотки все никак не хотели стабилизироваться. И перепадёт ли, чтобы вот так - искренне, по обоюдному притяжению, по взаимной симпатии? Что бы Баки ему ни говорил об их с Наташей своеобразной дружбе, заниматься сексом без симпатии невозможно. Они были бы отличной парой, подумал Стив с жёсткой морщиной меж сведённых бровей, и искренне не понимал, почему до сих пор нет. Почему оба делали вид, что и так нормально. Почему искали что-то на стороне? Он бы порадовался за них... наверное. Он бы смог.

- Нат, - мягко произнес Баки сверху. - Нат, мне нужно закончить...

- Ну Джиииим, - протянула на полустоне Наташа, и Стив увидел в своём воображении совершенно чётко, как она томно изогнулась и притёрлась округлой попкой к его... к паху Баки. Как зацепилась рукой за подтянутую задницу под грубой тканью комбинезона, притягивая плотнее, как запрокинула голову назад, ему на грудь, напрашиваясь на поцелуй или даже укус в шею... Внизу живота полыхнуло и запульсировало от прилива, и если Стив сейчас же не прекратит, то позорно спустит в штаны. Боже. Как теперь уйти отсюда? Он же неуклюжий, как слон в посудной лавке... А до дверцы входа в ангар футов пятнадцать по извилистой дорожке среди завалов хлама. Стив не имел обыкновения ругаться, но очень грязное ругательное слово сейчас чётко прозвучало в его голове. Вот именно. - Ну пожалуйста, - не сдавалась Наташа, и Стив бы уже уступил. Пару фраз назад уступил бы. Как ей можно отказать вообще? - Хочу тебя. Сейчас. Ну же.

Раздался шорох, было слышно, как подошвы цепляли железные прутья лестницы. А потом Наташа совершенно будничным тоном изрекла:

- Вот ты мудак.

Баки в ответ хмыкнул без обиды. Снова зазвучали медленные шаги по низко звенящим ступеням.

- Мне нужно работать. Сначала - работа, ты же знаешь? Не обижайся, детка.

- Я должна была попробовать, - саркастично выдала Наташа, и прежде чем Стив услышал ответное "и ты попробовала" от Баки, спускающегося по лестнице, он собрал остатки воли в кулак и пулей понёсся к выходу, даже не сшибя ничего по пути и не завалившись красочно в попытке гнусного бегства с места преступления. Заметят или нет - его уже не волновало. Главное, не остаться там. Главное, не встретиться взглядом с глазами Баки. Он же его мигом считает, словит, как знакомую радиоволну.

"Какой же я... говнюк", - думал он, прижимаясь своими цыплячьими лопатками и затылком к разогретой на солнце стене ангара совсем рядом от входа. Подушечки пальцев быстро раскалились от обжигающего шероховатого железа под ними, голову вело, ему и так было жарко, а тут ещё и чёртово солнце... До его миникара шагать футов тридцать, а там ждали кондиционер и прохлада... Голова кружилась, картинка перед глазами потемнела по краям. "Ну давай, ещё и в обморок навернись тут со своим стояком, или вообще сдохни, - пригрозил себе Стив, кое-как отлипая от жестяной стены и ковыляя к миникару, загребая песок ногами. - Лорд палаты называется. Вуайерист ты чёртов, а не Лорд палаты", - шипел он себе под нос, почти не шевеля губами. Ему было дурно от солнца. Его тело поглощало ультрафиолет, словно погибающий в пустыне - внезапные потоки воды, особенно тут, за городом. Должно было пройти какое-то время, чтобы кожа привыкла и подстроилась, не пропускала в себя излучение в ядовитых дозах. Он та ещё забавная зверушка...

Стив сам не понял, как, но дошёл до машины. Не иначе как на автопилоте. Упал на сидение, едва пневматическая дверь отъехала вбок. С облегчением отгородился от мира, дал питание на приборную панель слабым нажатием пусковой кнопки и вывернул ребристую ручку кондиционера на максимальный поток прохлады. С судорожного вздоха начал первый цикл дыхательных упражнений. Он не будет мастурбировать из-за них. Не будет. Сейчас он успокоится.

Спустя десять непростых минут, удерживающий невозмутимость всеми силами души, он пригладил взмокшие волосы пятернёй перед входом, оправил висящий на согнутой руке пиджак и прошёл в ангар. Вдох-выдох, Стив. Вдох-выдох.

Баки как ни в чём не бывало ковырялся под капотом небольшого электрокара лимонного цвета. Симпатично. На автомеханике красовалась потрёпанная серая майка и уже привычно спущенный до пояса комбинезон. Мышцы его живой руки так потрясающе и живописно двигались под потной кожей, пока он орудовал тестером, что... Стив сухо сглотнул и приказал себе не думать. У него какая-то больная фантазия. Щёки неумолимо разгорались, невзирая на его попытки оставаться холодным и спокойным. Боже, как же тут создать видимость, если даже дышать получалось с трудом?

- Привет, - ровно сказал Баки, чуть повернув к нему голову и улыбнувшись. - Жарко там?

- Просто адово пекло, - не соврал Стив, но поперхнулся на середине фразы и сухо закашлялся. - П-привет, - выдавил он между кхыканьем.

- Эй, ты в порядке? - настороженно спросил Баки, откладывая тестер. - Может, воды?

Стив яростно закивал. Да. Водички. Таз. Желательно, на него сверху. П-ш-ш...

Он вцепился в принесённую Баки откуда-то сбоку щербатую кружку, как в круг утопающего, заглыкал и снова чуть не подавился. Недоразумение. Просто ходячее недоразумение.

Благодарно кивнул Баки, когда на дне ничего не осталось, но на протянутую руку посмотрел с недоумением. Не отдам я твою кружку, нет. Только она меня тут понимает.

Баки усмехнулся, пожал плечами и вернулся к работе над машиной.

- Подождёшь немного? - спросил он. - Я почти доделал.

Уши Стива напоминали осенний кленовый пожар. Он закивал, крепче стиснул керамику в пальцах, потёр шершавые бока. Что он вообще тут забыл? Зачем приехал? Цель напрочь вылетела из головы ещё когда он услышал голос Наташи, стоя под лестницей.

Сначала он сидел, то поглядывая на работающего Баки, то рассматривая интересный хлам вокруг. Попадались и правда необычные детали, как, к примеру, вон та дверь от явно ещё бензиновой машины с ярким граффити. Впервые Стиву пришла в голову мысль, что, вполне возможно, это не склад и даже не свалка ненужной дребедени. Возможно, это музей для чьей-то странной коллекции?

- Ну как, успокоился? - вдруг ровно спросил Баки, почти не отвлекаясь от ковыряния в системе электроусилителя.

- В смысле? - насторожился Стив. Видит Бог - он старался. Даже дышал глубже и медленнее. Сердце не слушалось, порой соскакивая с ровного ритма. Баки вздохнул как-то обречённо.

- Стив, - начал он, повернув голову. Задумался на мгновение. - Прости, у меня очень чуткий слух. Я знаю, что ты слышал нас с Наташей. Прости за это. Неловко вышло.

Кажется, рот Стива открылся сам с собой. Кажется, он хотел сказать что-то, но на язык напал местный паралич, и Стив только хлопал ресницами: медленно, чувственно. Баки рассмеялся. Не обидно, задорно, а потом замолк, оставив нижнюю губу закушенной. Влажно-блестящей под белыми зубами...

- Ну у тебя и мина сейчас, - сказал он чуть погодя, и тут Стива прорвало.

- Знаешь что, - гневно запыхтел он, словно не он был в этой ситуации не в самом завидном положении. - Знаешь, - повторил он в запале снова и замолк. Баки улыбался.

- Ты забавный, - сказал он внезапно, освобождая несчастную губу и возвращаясь к ковырянию под капотом. Вот же... гад.

Стив посидел ещё немного. Мыслей в голове не прибавилось. Хотя сердце странно успокоилось после последнего заявления Баки. Складывалось ощущение, что его присутствие делает его, Стива, глупым. И неловким ещё больше. И мягким, склизким, как улитка без панциря. Фу, гадость какая.

- Так ты... поэтому? - спросил он негромко, но Баки с интересом повернул голову. - Ты поэтому ей отказал? Чтобы я не...

- Боже, нет, - выдохнул, прерывая его невнятное бормотание, Баки. - Мне надо работать. Да и настроения не было. А на Наташу иногда нападает... внезапно. Я, если честно, не всегда это перевариваю. Только если на меня вдруг тоже не нападает, - засмеялся он, приподнимая аппетитные небритые щёки. Его скулы порозовели, а глаза были уже не серые - стали прозрачно-голубыми и сияли. Стив моргнул, но наваждение не ушло. - Мне правда неловко, что ты попал в такую ситуацию. Я с Нат сто лет знаком, меня это уже не пробирает, но я помню первые... кхм... - Баки стушевался и замолчал, мечтательно глядя поверх головы Стива.

- Как ей вообще можно отказать? - неверяще спросил Стив. Отлично. Неплохая тема для брутального разговора двух мужчин. Так держать, Лорд Роджерс. - Она же... она же, - он неопределённо взмахнул кистью, кружка выскользнула из пальцев и понеслась к полу, но - чудо! - он непонятно как успел схватить её на излёте обеими руками. Прижал к груди, снова начиная задыхаться.

- Боже, - выдохнул Баки почти без улыбки, впиваясь помутневшим, сладко-тяжёлым взглядом, то и дело обкусывая нижнюю губу. Та уже приняла малиновый оттенок. - Ты просто невероятное чудовище, Стив, - сказал он с хрипотцой, и от этого голоса, от этого взгляда сердце Стива рухнуло вниз и раскололось с оглушающим треском, звоном и тарарамом, надо думать, вместо кружки.

- Чудовище? - переспросил он машинально, пребывая в состоянии кролика под гипнотическим взглядом удава. Но Баки моргнул, дёрнул плечом и снова отвернулся к потрохам электрокара.

- От слова чудо, - глухо донеслось из-под капота, - ты просто верх неуклюжести, наследный Лорд Роджерс.

- Ну спасибо, - возмутился, было, Стив и тут же сдулся. Комплимент был сомнительным, но отчего-то приятным. Они посидели в тишине ещё немного: Стив - на колченогой табуретке, приколоченной к деревянному настилу пола у стены, Баки - измеряя тестером напряжение на концах электро-цепи. - Знаешь, я поражаюсь твоей силе воли, - сказал Стив наконец. - Отказать Наташе. Я думал, она получает желаемое всегда, когда ей того хочется, - проговорил он и замер, осознавая, что несёт вообще.

Баки замер тоже, а потом посмотрел на него и вдруг расхохотался. Он смеялся самозабвенно и чисто, запрокинув голову назад, выставив на обозрение небритую шею с острым кадыком. Его руки крепко держались за верхний край бампера, словно он мог свалиться со своего рабочего стула, если отпустит его. Стив не понимал, что его так рассмешило, и просто смотрел. Потому что это было замечательное зрелище. Солнечное. Уже в конце он понял, что тоже улыбался. Баки невозможно было не подыгрывать, даже подсознательно.

Отсмеявшись, он отложил тестер в сторону и встал.

- А знаешь, ты чертовски прав, - сказал Баки. - Нечего ей одной получать желаемое, пора бы и честь знать.

Стив с интересом приподнял бровь. Баки подмигнул ему, потянулся к вороху лежащих неподалёку вещей, выбрал лёгкие серые штаны и салатовую футболку и принялся раздеваться прямо перед Стивом. Да чёрт его возьми! Стив успел проследить только за хищным взмахом рук, когда Баки стягивал майку, обнажая потрясающий поджарый живот. Всё остальное время он усилием воли прилепил взгляд ко дну пустой кружки и считал. Вышло до двадцати семи.

 

- Эй, пойдём, - прозвучало над ухом, и Стив поднял голову. Баки, при полном параде, стоял прямо. Перед. Ним. От него несло потом и солнцем. Потрясающе.

- Куда? - спросил он с недоумением.

- Покажу тебе, на что способна твоя машинка, - улыбнулся Баки, мягко перехватывая из его рук пустую кружку, оставляя её тут же рядом на верстаке. Переплел их пальцы и словно вытянул Стива из такой безопасной, уютной сидячей позы на милой сердцу табуретке.

- А как же работа? - некстати поинтересовался Стив. Потому что, ну разве так можно? Ладонь Баки, по ощущениям, была раза в три шире. И в пять раз горячее. А ещё мозолистой и шершавой.

- С Наташи должок, - усмехнулся Баки, продолжая тянуть его за руку в сторону той самой чёртовой лестницы. - Эй, Нат! - заорал он, едва дойдя до перил.

- Чего тебе? - донеслось со второго этажа. Негромко, но они сразу услышали.

- Я поеду, прокачусь. Со Стивом, - он хитро подмигнул ему, и в груди предательски потеплело. - Так что доделай "энфанту" сама.

- Что? - прозвучало громче и ближе. - Эй...

- Пока-пока, - громко произнёс Баки, а потом прошептал: - А теперь - бежим!

И они побежали. Перепрыгивая через сиротливо валяющиеся запчасти, через древние бампера и покрышки, и Стиву казалось, что его несчастная рука вот-вот оторвётся и навечно останется в широкой ладони Баки. Но стоило отдать ему должное - Стив ни разу не запнулся и не растянулся рядом с помятым крылом какой-нибудь автомашины.

- Какого хрена, Барнс? Тебе что, тыкву напекло? Это твоя тачка! - раздавались позади гневные тирады сбежавшей по лестнице вниз Наташи.

- У меня свидание! - громко крикнул Баки, притормаживая - между ними и Наташей было уже достаточное расстояние, чтобы засчитать отрыв.

- Ты мелкий говнюк! - грозно крикнула Наташа, и тут Стив захихикал. Это было так дико и глупо - всё, что сейчас происходило, - что его просто согнуло пополам от смеха. Баки притянул его ближе и опер боком о стену. Сам же отошёл на шаг - они, судя по всему, оказались у противоположных ворот ангара. Тут на ровной площадке перед воротами стояла под брезентом машина.

- Смотри, - сказал Баки и привычным и очень элегантным движением сдёрнул брезент.

Если бы форд "Мустанг" 350 JT шестьдесят шестого года выпуска был девушкой, Стив бы тотчас предложил ей руку и сердце.

- Вижу, нравится? - самодовольно спросил Баки, складывая брезент в более-менее оформленную кучу у стены.

Стив не мог не то что ответить - ему даже шевелиться не хотелось. Великолепие машины поразило его. Сейчас таких не делают. Таких больших, таких мощных, дерзких, эпатажных... С блестящим хромом зеркал, дисков и обода для ветрового стекла, с лаконичными круглыми фарами и совершенно невыносимым вишнёвым оттенком под обильным слоем лака, выглядящим настолько вкусно, что хотелось подойти и потыкать бока пальцем - не желе ли?

- Садись давай, чудовище, - посмеиваясь, пригласил Баки, с лёгким щелчком открывая перед ним дверцу со стороны пассажира. Никакой пневматики, всё как в старые-добрые времена, и лоснящийся, цвета капучино, кожаный салон из пары широких кресел окончательно свёл Стива с ума.

- Она просто... невероятная, - выдохнул он. Сел, благодарно кивнув хлопнувшему дверью Баки. С удовольствием попрыгал на пружинящем сидении острой задницей. Заднице определённо понравилось.

- Согласен, - кивнул Баки, уверенно усаживаясь за руль. - Пристегнись.

Стив посмотрел на него с недоумением. Баки вздохнул, достал из кармана штанов небольшой пульт и нажал на кнопку. Створки ворот медленно поползли в стороны.

- Она... ездит? - потрясённо спросил Стив, не сводя взгляда с самодовольного лица автомеханика. Со светящегося лица гения, потому что разве возможно сотворить такое всего за несколько недель?

- Она летает, Стиви, - подмигнул Баки. Повернул ключ, словно машина работала от бензинового топлива, и, переждав буквально с десяток секунд басовитого ровного урчания, выжал сцепление, двинул рукой на коробке передач и вжал педаль газа в пол. Колёса прокрутились со свистом, Стива дёрнуло и вжало в спинку. Он судорожно нащупал ремни безопасности, всё ещё не веря своим глазам. Едет! Он едет в своём форде "Мустанге"! Машине под ним было ровно сто, на спидометре стрелка так же неумолимо приближалась к сотне, и вокруг колёс клубился мелкий песок. Ветер бил откуда-то сбоку, трепля волосы и мешая дышать, и Баки вёл, как чёртов ас, и всё это было слишком, слишком, слишком прекрасно. Стив запрокинул голову на пахнущую новой кожей мягкую спинку и засмеялся. От полноты чувств, от потрясения, от пережитой неловкости. Засмеялся и вытер слезящиеся глаза тыльной стороной ладони. Боже, пускай это всё никогда не заканчивается.

Баки кидал на него редкие взгляды и не мог не улыбаться тоже. Когда Стив был таким - не напряжённым, не скованным, не колючим, он словно светился весь. Чисто, ярко. И эта его улыбка... Баки вздохнул и вывернул с песчаной наезженной грунтовки на трассу в сторону Национального парка Биг-Бенд.

- Мы так быстро едем, - заметил Стив, стараясь говорить громче из-за шума ветра в ушах. - Не думал, что электродвижки способны на такое.

- Обычные не способны, - ухмыльнулся Баки. - Это моя авторская разработка, в цепи оригинальные проводники, увеличена сила тока. Такое только в моей и... в твоей машине.

- Оу, - смутился Стив, отворачиваясь к поднятым боковым окнам. Хоть крыша и была собрана, они всё же защищали от резких порывов ветра. Он снова улыбался. - Долго ещё планируешь работать над ней? - спросил он спустя некоторое время с вежливым любопытством. Его ладони неумолимо потели.

- На самом деле, я почти закончил, - ответил Баки. - Хочешь, крышу подниму? Я усовершенствовал её микросхемы и сам принцип. Теперь даже на ходу с поднятием не будет проблем. Она выезжает пластами, наподобие того, как устроено в моей руке.

- Круто, - выдохнул Стив и попытался улыбнуться. Почти закончил... Почти. И что же это теперь? Прощальная поездка? - Нет, мне так нравится. Без крыши. А куда мы едем?

- Увидишь, - хитро прищурившись, ответил Баки. Он смотрел на него при этом всего секунду, но Стив ощутил этот взгляд острым рыболовным крючком, уцепившим его за нежные жабры. Тянущим упрямо: к себе, поближе, наружу из уютной и привычной темноты... Как его угораздило так влипнуть?

- Хорошо, увижу, - согласился Стив с показным безразличием, немного сполз по сидению вниз и уставился в боковое окно. Настроение неумолимо стремилось к отметке минус сто девяносто девять.

- Мне осталось кое-что из электроники доделать в салоне. Освещение. Фильтры поставить. Кондиционер подключить. Единственное, что здесь есть сейчас и работает, это радио старого образца и проигрыватель си-ди дисков. Разъём для современных накопителей тоже есть, конечно, вот тут - он нагнулся в сторону Стива, не отрывая взгляда от дороги, и нажал на приборную панель, едва не задевая острое колено. Заглушка мягко втянулась в паз, открывая гнёзда нескольких разъёмов. Стив присвистнул. Настолько филигранно сработано... Совершенно неизменный ретро-вид и полностью современная начинка. Баки и правда оказался мастером на грани гениальности. А может, и за гранью. На языке стало противно, а в желудке тошно. Человек ведь для него старался. По-дружески. А он толком и оценить не может. Порадоваться хоть немного. "Почти закончил..." Чёрт.

- И как ты до этого всего только додумался? - спросил Стив, механически растягивая улыбку.

- Многое Наташа показала в свое время, когда я только начинал, - признался Баки. - Семья Романофф давно под крылом Палаты Лорда Старка живёт. Потомственные автомеханики, она с Хэлом с детства из гаража не вылазила. А я - так, с боку припёку вместе с ними. Но мне нравилось. Всегда нравилось. Железки эти, микросхемы. Мне было интересно, и с каждым достижением - всё интереснее. Наверное, этот интерес всё и решил. Не могу сидеть спокойно, когда зудит, понимаешь? - кривовато улыбнулся он и снова скосил взгляд на Стива. Тот хмыкнул и кивнул.

- Понимаю. Мне тоже было всё интересно, только в своей отрасли. Самое первое, чем я вообще начал интересоваться, это проблема рождаемости. Почему-то это казалось таким интересным! Мне тогда отец ещё ничего не объяснял толком - я маленький был. Но я слушал его разговоры и сам лазил по сети. Делал синусоиды, чертил графики, выискивал адекватные, а не притянутые за уши цифры. Рассчитал несколько пограничных точек, ещё когда мне было шесть. Знаешь, у меня вышли довольно пугающие цифры.

- Какие? - с явным любопытством поинтересовался Баки.

- Чуть больше двухсот лет, - ровно сказал Стив, - чтобы прийти к ситуации "последние люди доживают последние годы жизни на планете Земля".

- Звучит пугающе, - произнес Баки, подумав. - Почему ты считаешь, что твоя теория жизнеспособна? Тебе было всего шесть, как ты говоришь.

- Вот именно, - немного заносчиво повторил Стив. - Мне было уже шесть. Я пользовался не только цифрами рождаемости и смертности, не только данными о длительности жизни. Но и общими процентными тенденциями. Ты знаешь, что с каждым годом секретная статистика меняется? Не та, о которой трубят на официальных новостных порталах сети. А истинная, о которой не принято распространяться?

- На то она и статистика, чтобы меняться, - предположил Баки.

- Каждый год число здоровых половозрелых женщин, способных выносить здоровый плод, будь он зачат инвиво или инвитро, неважно, падает на процент. Так же проблем добавляет тот факт, что, выносив одного здорового младенца, современный женский организм изнашивается слишком сильно, перестраивается и становится практически стерильным. На данный момент лишь единицы женщин из тысяч могут выносить второго ребёнка. Это уникальные случаи.

- Я не знал, - глухо ответил Баки, сдвинув брови и вглядываясь в дорогу. - Поэтому вы развили всю эту программу с искусственным оплодотворением?

- И поэтому тоже. Государству нужны люди. И ирония в том, что обстоятельства сейчас складываются не в пользу гражданских свобод человека. Понимаешь, когда у тебя только один шанс на успех, ты хочешь получить с него максимально много. Максимально качественно. И с гарантией.

- Программа планирования качеств, - догадливо выдохнул Баки. - Вот же чёрт.

- Именно, - кивнул Стив. - В сложившейся ситуации государство не может играть в угадайку. Ему нужны учёные. Военные. Строители. Инженеры. Сильные мужчины и здоровые женщины. И в условиях того, что мы вымираем... Это лишь временная мера. Своеобразный костыль. Лишь оттягивание заключительной агонии. Между прочим, Соединённые Штаты - одна из первых стран, что пришла к этой политике государственного контроля за рождаемостью и планированием качеств. Все, кто до сих пор не осознали, вымрут ещё раньше. Без должного контроля над людьми падает гражданская сознательность. Падает уровень и длительность жизни. У нас же всё наоборот. Можно сказать, виток расцвета.

- Так в чём же проблема? Почему не закрыть вопрос раз и навсегда?

- Проблема в том, что мы на данный момент не можем решить эту загадку вселенной. Почему так происходит. Почему дети не зачинаются в естественных условиях. Почему оплодотворённые яйцеклетки отвергаются материнским организмом. Тут в силу вступают механизмы, до сути работы которых мы как вид, к сожалению, ещё умственно не доросли. Морально не доросли. Новая жизнь для нас до сих пор загадка и таинство. Мы уязвимы в своём незнании. И я, как представитель Палаты Здравоохранения, искренне рад и счастлив, что сейчас у нас получается хотя бы так, как получается. Что природа не спешит подкинуть нам всем какую-нибудь новую задачку для решения...

- Звучит, как научная фантастика, - хмыкнул Баки, поглядев на заострившийся, ставший колючим профиль Стива. Внутренний свет будто притух, присмирел за этой маской озабоченности.

- В этом вся загвоздка. Люди, конечно, любят научную фантастику. Почитать вечером после рабочей смены или посмотреть в Реалити-кинотеатре. Но никак не непосредственно прямо рядом с собой, внутри такого спокойного и размеренного течения жизни. Можешь себе представить, что начнётся, обнародуй мы реальные результаты и цифры? Хаос! Мы все умрём! - вскрикнул Стив, вцепляясь себе в волосы и гримасничая. Баки усмехнулся, подбадривая его улыбкой. - Вот поэтому Лорды и молчат. Потакают решению Лорда Палаты Информации и Масс-Медиа. Лорд Поттс права, наверное. Намного легче и проще жить в стабильном, продуманном, лишённом проблемы выбора будущем.

- Ты тоже так думаешь? - серьёзно спросил Баки, не поворачиваясь.

- Да не имеет значения, как я думаю, - Стив вдруг закинул руки наверх, потянулся, да так и оставил ладони за головой, выставив в стороны голые острые локти. - Я, как будущий Лорд Палаты, должен делать так, как будет лучше не одному, не двум, а всем. И по любым аналитическим выкладкам выходит так, что сейчас мы всё делаем правильно. Возможно, не совсем честно, возможно, скрывая часть важной информации от широких масс. Но мы делаем это не для своего комфорта или выгоды. А для того, чтобы выжить и остаться мировой державой.

Какое-то время Баки молчал, колёса мерно шелестели шинами по гладкому асфальту. На горизонте уже показывались первые невысокие плато Национального парка Биг-Бенд. Он вздохнул.

- Главное, чтобы ты сам по-настоящему верил в то, что говоришь, - сказал он серьёзно, чуть крепче сжимая руль пальцами. - А иначе плохой сон, головная боль и расстройство личности тебе гарантированы. Я это уже проходил.

- Ха, напугал, - залихватски вызверился Стив. Глянул с какой-то весёлой, запойной злостью. - Головные боли? Плохой сон? Если ты помнишь, подобные мелочи меня вряд ли могут беспокоить. Я тень. Я могу умереть в любой момент, вот даже сей...

Машина вильнула и снова выровнялась. Стив замолчал.

- Не надо, Стив, - глухо попросил Баки. - Не сегодня, ладно?

Стив насупился, скрестил руки на груди.

- С утра отец и мама всегда заходят ко мне в комнату. Я обычно уже не сплю к тому моменту. Просто лежу с закрытыми глазами. Думаю. Знаешь, каково слышать их тихие, осторожные шаги? Они ведь не разбудить меня боятся. Они боятся другого. Что подойдут - а я уже...

- Стив, - настойчивее повторил Баки.

- Я сам боюсь, - тихо сказал Стив.

- Да чёрт, - выругался Баки, и руль под его железными пальцами скрипнул кожаной обтяжкой, - хочешь, я музыку включу? Раритетную. У меня есть коллекция си-ди дисков, я давно её по автосвалкам собираю.

- Настоящие си-ди? - тут же переключился Стив. Так легко и беззаботно, что Баки диву дался. - Шутишь!

- Если бы. Хотел тебе жемчужину коллекции показать. Буквально неделю назад откопал на свалке под Биг-Спрингом.

- Удиви меня, - улыбнулся Стив, и Баки, зеркаля его, оскалил ровные белые зубы. Полез в бардачок, наклоняясь ближе, в этот раз задевая колено Стива. Вытащил оттуда квадратную коробочку.

- Доставай. А потом просто вставляй вон в то отверстие. Дальше автоматика сработает.

Стив кивнул в предвкушении. Дрожащими пальцами раскрыл защитное логово старого - старше его в несколько раз! - диска. Колено горело от случайного прикосновения. Когда он вставил диск, и из потрясающей акустической системы полились первые аккорды, он громко и одобрительно взвизгнул.

- Господи! "Порги и Бесс" Гершвина! Да это же чёртово сокровище! - крикнул он Баки. Тот светился улыбкой, яростно кивая.

- Я знал, что ты оценишь! - сказал он погромче, а потом тихо, так, что Стив почти и не разобрал: - Таким ты мне нравишься больше.

Дальше они какое-то время ехали молча, притопывая и покачиваясь в такт, переглядываясь на особых моментах.

- Знаешь, мой отец хочет прикрыть один очень важный проект, над которым работал вместе с Военной коллегией, - сказал он, когда из колонок зазвучали мягкие синкопированные ритмы "Колыбельной Бродвея". - Он начал его, когда мне было одиннадцать, словно хватаясь за соломинку.

- Что за проект? - спросил Баки, ненадолго поворачивая голову. Дорога впереди все равно была пустынной и прямой.

- Секретная сыворотка. Ну, знаешь... Суперлюди, долгая жизнь, совершенное тело, всё такое, - стушевался Стив.

- Ага, - кивнул Баки, отчего-то морщась. Глубокая жёсткая складка залегла между его бровей. - И зачем сворачивать такие полезные для государства разработки?

- Он их обманывал. Всех.

Баки повернулся, его приподнятая бровь выражала немой вопрос. Взгляд был стальным и прохладным.

- Он делал её для меня, эту сыворотку. На основе моей крови. На основе моего мутировавшего гена. Собственно, и сыворотку эту он начал разрабатывать, надеясь найти какое-то решение для меня...

- А военные? Зачем они?

- В один момент отец понял, что ему не хватает ресурсов. Финансирования и производственных мощностей. Он не мог заниматься разработками в ущерб основных направлений программы Здравоохранения. Он пообещал Лорду Картеру суперсолдат, - тихо сказал Стив.

- Вот же блять, - выругался Баки. Внутри головы раскалённой спицей прострелило смутное воспоминание. Подвальное помещение, белые халаты медперсонала. Пара человек в военной форме. Странное устройство наподобие капсулы в рост человека, инъекции, какое-то излучение, и боль, адская, выкручивающая, сжигающая изнутри боль во всём теле. Это привиделось настолько реально, настолько живо, что он выпал из сознания ненадолго. Машина снова вильнула.

- Всё нормально, Бак? - забеспокоился Стив.

- Д-да, - выдавил Баки меж сжатых зубов. Начал дышать. Ему говорили - правильное дыхание поможет справиться с остатками приходящих воспоминаний, даже если они огорошат его в самой неподходящей ситуации. Три коротких вдоха на длинный выдох. - И почему же сейчас он решил свернуть эту программу? Насколько я успел понять Лорда Картера, он не из тех людей, что могут позволить подобное. Он из тех, кто вцепляется в глотку по-звериному и держит насмерть.

Стив вздрогнул от этих слов. Завис, уставясь на одну ему видимую точку за ветровым стеклом.

- Отец сказал, что почти стабилизировал формулу. Что у меня... будет шанс. И что теперь помощь военных ему не нужна. Он тоже прекрасно понял, что именно у него получилось с этой чёртовой сывороткой. Он хочет заявить Лорду Картеру, что исследования провалились. Что сыворотка недееспособна.

- Больше десяти лет исследований, и никаких результатов? - хмыкнул Баки. - Не очень-то изящно выходит.

Стив мрачно кивнул.

- Как другой вариант - пожар в исследовательских лабораториях. Падение серверов. Короткое замыкание, прорыв водопровода... В общем, третья непреодолимая сила. Что тоже совершенно не изящно.

- Лорд Картер не простит этого, - бесцветно произнёс Баки. Когда-то он весь с потрохами принадлежал палате Военной Коллегии. Так было прописано в его контракте. Он был наслышан о том, что происходит с теми, кто перешёл дорогу Лорду Картеру. Он помнил его скользящий, и при этом готовый уцепиться за любую мелочь взгляд на построении при выпуске из Военной Академии. От ледяной стали в серых глазах генерала поджимались яйца и мороз продирал по позвоночнику. Вы все - моя собственность, будто бы говорил он. И не было ни одной причины не верить. - Боже, вы по уши в дерьме.

- Больше того. Мы не знаем, что будет, если ввести сыворотку. Как она подействует на меня. Если подействует, - оговорился Стив. - И если всё удастся...

- Он поймёт, что вы надули его, - закончил Баки. - Блять.

- На другой чаше весов - армия солдат с суперспособностями. Здоровые. Быстрые. Регенерирующие. С повышенным запасом прочности и долголетия - в распоряжении генерала Лорда Картера и Военной Коллегии. Чувствуешь, чем это пахнет?

- Военным переворотом, - тихо сказал Баки.

- Для начала, - подтвердил Стив. - И кто знает, что ещё придёт ему в голову.

- А ещё твоя жизнь, - вдруг добавил Баки, поворачивая голову и впиваясь в него мутным взглядом.

- Что - моя жизнь? - не понял Стив.

- Твоя жизнь тоже на той чаше весов. Разве это мелочь?

Стив пожал плечами. Баки притормозил, вывернул руль и свернул на пыльную грунтовку. Его всего трясло изнутри. Кажется, он сегодня узнал слишком много из того, о чём предпочёл бы не знать вообще. Ему нужно... им нужно расслабиться. Обоим. Хорошо, что некоторые препараты полагаются ему по рецепту как бывшему военнопленному. И пускай плен из-за засады длился всего пару дней, разве это меняет суть произошедшего там, в Анголе?

Он проехал чуть дальше между зарослей юкк с острыми длинными листьями. Воздух вокруг стал спокойнее, мягче и тяжелее одновременно. Он душистым маревом покачивался над сухостоем травяных стеблей и пушистых отцветших метелок. Впереди красовалось рыже-коричневое плато, справа от него медленно садилось в горячую, потрескавшуюся землю солнце. Словно вплавлялось в её нутро своим ярким раскалённым диском. В такие моменты не хотелось верить в космос, планеты и пространственный вакуум. Всё было здесь, под рукой, близкое и понятное. И небо ощущалось уютным куполом - ещё светлым, бирюзово-оранжевым, прозрачным, замутнённым лишь по краям обрывками перистых облаков. Одуряюще терпко пахло сухими травами - в меру горьковато, немного сладко, ощущение вязко оседало на корне языка. Вкусно до безумия. Баки остановил машину, подняв ожидаемое облако красноватой пыли. Стив посмотрел на него, но ничего не стал спрашивать. Баки неловко улыбнулся ему. Снова потянулся к бардачку, повторяя трюк со "случайным" касанием колена. Стив так забавно вздрагивал от этого.

- Что это? - настороженно спросил Стив, когда Баки протянул ему скрученную вручную сигарету.

- Твоё лекарство на сегодня, - уверенно сказал Баки. - Наше лекарство. Попробуй.

Из колонок тихо играл Гершвин. Сухостой лениво шуршал, покачиваясь от дуновений ветерка.

- Я не уве...

- Это аптечная. Головой ручаюсь, что хуже не будет, - спокойно взглянул из-под тёмных ресниц Баки, раскуривая один косяк для них обоих. - Просто попробуй. Только не торопись. Спокойно и с чувством.

- Так? - вдруг спросил Стив и, не отводя взгляда, выхватил из его пальцев сигаретку, сунул между губ и сладко затянулся. Прикрыл веки, неторопливо выдохнул. Если у него и не было практики, то наверняка где-то значился блестяще пройденный теоретический курс, подумалось Баки. Он не мог отвести взгляда от раскаляющегося огонька, от мягких, полных губ Стива, неплотно смыкающихся вокруг косяка. Он сглотнул, принял сигаретку обратно и тоже затянулся, переводя взгляд на закатное красное солнце. На тонкой примятой бумаге осталась слюна Стива. Впереди, за ветровым стеклом играло всеми оттенками оранжевого, жёлтого, красного каменное плато. Баки посмотрел на небо. На редкие растрёпанные кусты остролистых юкк. Как же красиво. Тревога и напряжение медленно отпускали, в голове искристым облаком селилась лёгкость. И пустота. Зудящая, толкающая на что-нибудь этакое...

Они потянулись к ручке громкости одновременно. Косяк был докурен, из колонок зазвучала тягучая, томная джазовая колыбельная "Лето". Именно то, что надо для атмосферы, но слишком тихо... Пальцы соприкоснулись - случайно, мимолетно. Обжигающе. Стив тут же убрал руку. Баки, не понимая толком, что творит, дёрнулся следом, догоняя, прижимая сбежавшую ладонь к колену Стива. Огладил тонкие пальцы с узлами костяшек, прошёлся по нежной коже. Такие узкие кисти, такие аккуратные руки. Стив судорожно выдохнул, и - Господи, разве такое бывает? - вдруг сгрёб его свободной рукой за ворот футболки, дёрнул к себе ещё ближе. Нитки едва слышно затрещали на шве, тот натянулся и остро врезался в шею. Джим навис над ним. Учащённое, близкое дыхание Стива пахло выкуренной травкой и сладостью сосательных конфет от горла. Вишнёвых. Баки закрыл глаза, его вело от происходящего так сильно, что он искренне боялся - сделай хоть шаг, хоть движение навстречу, и его предохранители полетят к чертям тут же. Стив неловко, неопытно ткнулся вперёд, сталкивая их носами, коснулся мягкими губами шершавых, обкусанных губ Баки. В голове, прямо за закрытыми веками, взорвалась сверхновая. Баки вдохнул и только немного приоткрыл губы - просто позволяя Стиву обхватывать их своими, слишком нежно и неумело, так, что пробирало до дрожи. Стив пробовал его торопливо, голодно, словно неожиданно дорвался до сокровенного и боялся, что это закончится в любой момент. Происходящее было так очевидно впервые для него, что Баки выдохнул несдержанный стон прямо в мягкие, требовательные губы. В паху горело огнем, ширинка давила нещадно. Стив вдруг отстранился, Баки открыл глаза - тот смотрел на него с запоздалым осознанием и шоком такой величины, что он едва умещался в его расширенных зрачках, в широко распахнутых глазах. Его мелко трясло.

- Ого... - выдохнул Баки.

- Боже, прости, - ошарашенно пролепетал Стив, разжимая пальцы, отпуская и приглаживая смятую ткань футболки. - Прости, не знаю, что на меня... Так неловко, - затараторил он, начал шарить рукой по дверце, будто искал ручку. Баки понял - Стив сейчас найдёт, откроет её и... что дальше? Они в Национальном парке, на десяток миль вокруг никого. В голову полезли очень-очень нехорошие, очень горячие мысли. Он мигом затолкал их подальше.

- Стив, - произнёс Баки глухо, перебарывая сухость во рту.

- Чёрт, ну я и дурак, - Стив смущённо спрятал лицо в ладони. - Бак, прости...

В этот момент Баки без эмоций посмотрел на свои перегорающие, искрящие разноцветными салютными искрами предохранители. Схватил Стива за локоть, потянул и почти уложил грудью на свою грудь, вытащив из сидения. Ему было плевать, насколько это было удобно, насколько правильно. Коробка передач больно впилась в колено.

Ему хотелось обнимать это хрупкое, болезненное тело. Почувствовать под пальцами острые лопатки, выпирающие позвонки и жесткие связки мышц. Как дико и неровно колотилось под ребрами сердце. Стив дрожал и дышал тяжело, загнанно. По его скулам расплывались полыхающие пятна румянца того же незабываемого оттенка, как и у заката за ветровым стеклом. Как у подсвеченных верхушек каменного плато. Как у зудящего чувства, разливающегося внутри груди. Баки запустил пальцы в короткие волосы на затылке Стива, притянул ближе и почти принудил раскрыть губы - вломился между ними языком, тут же попадая во влажное, скользкое царство вкуса вишнёвых леденцов. Стив вздрогнул, напрягся, а затем вдруг совсем расслабился - потёк, начал плавиться от объятий, от накрывающих ощущений, от требовательных ладоней и губ Баки, причиняющих почти болезненное удовольствие. Стив и представить себе не мог, что это будет чувствоваться так остро, так горячо в первый же раз, что все его фантазии тут же свернутся пеплом и осыпятся к ногам, смешаются с красноватой пылью... Баки ощущал фонившего удовольствием и возбуждением Стива так же реально, как самого себя. Пропускал его эмоции через своё тело, отзывался и вливал обратно - прихватывая губами, вылизывая языком, жарко обнимая широкими ладонями. Щёки Стива горячечно алели, а тёмные ресницы дрожали на прикрытых веках. Он подставлялся, раскрывался всему, что ему предлагал Баки. И пускай в ответ его губы и язык действовали неумело и робко, это заводило настолько сильно, что Баки боялся одного - навредить. Съехать с катушек, позволить себе лишнее. Стива хотелось выпить досуха, сжать так крепко, чтобы трещали кости. Его же хотелось носить на руках, посадить на плечи и крикнуть: "Смотри, это небо - оно твоё. Всё вокруг - твоё, всё, что только захочешь. Желай!"

Стив просто отдавался - не чувствуя никакой угрозы, вкладывая всего себя в поцелуй. Остальное его не волновало.

Баки отстранился мягко, когда Стив в его руках начал задыхаться. Он ласково прошёлся по его волосам живой рукой, бионикой уверенно придерживал за бок, упрямо прижимая к себе. Их тела ощутимо горели под тонкими слоями ткани. Словно и не было этой ткани вовсе.

- Как ты? - негромко спросил Баки, когда способность говорить вернулась. Голос звучал глухо. Несыто. Ему было мало, до смешного мало всего этого. Хотелось намного больше, но он держал себя так крепко, как только мог.

- В шоке, - сипло ответил Стив, и они оба задрожали в беззвучном смехе. Словно отпустило, разжалась хватка, и снова можно было дышать. - У меня сейчас спина сломается, - простонал Стив чуть позже, и Баки засуетился, возвращая его на законное место справа, оправляя галстук и ворот рубашки, сразу пристёгивая ремнём безопасности.

- Спасибо, - едко отозвался Стив сквозь широкую улыбку. - Может, и отлить за меня сходишь?

- Чёрт, - смутился Баки. - Прости.

Стив отстегнулся, открыл дверцу и едва не вывалился на землю.

- М-мать... - выругался он. - Я, кажется, ног не чувствую...

Баки рассмеялся.

- Тебя отнести? - спросил он, прищуриваясь. Стив уже вставал, опираясь на дверцу машины.

- Иди ты, - огрызнулся он беззлобно и медленно поковылял к ближайшим зарослям юкк.

Когда он вернулся, Баки уже ровно дышал и чувствовал себя спокойным. Почти.

- Уже поздно, - сказал Стив, с облегчением садясь на соседнее кресло. - Мне домой надо. А ещё я опять без пиджака...

Точно. Рубашка с галстуком и брюки, как и всегда.

- Снова случайно оставил? - ухмыльнулся Баки, заводя форд и выворачивая ровно на оставленный их шинами след в сторону трассы.

- Ты сказал, у нас свидание, - как ни в чём не бывало, ответил Стив. Его уши всё ещё были ярко-малиновыми. - Я оставил его намеренно.

- Вообще-то, я тогда пошутил, - сказал Баки, пытаясь оправдаться. Ему совершенно не хотелось, чтобы произошедшее выглядело чем-то спланированным. Такое просто случается. Неожиданно, сладко. Как чудо, думал он.

- Вообще-то, я тоже, - хмыкнул Стив. - Оставил на табурете, где сидел. Ты меня слишком быстро оттуда утащил.

 

Они выехали на трассу, и шум от стукающих в колёсные арки комков земли прекратился, сменяясь ровным шуршанием. Дальний свет фар вырывал из сгущающихся сумерек полосу асфальта и край обочины перед несущейся вперёд машиной. Из колонок звучал Гершвин, и это было замечательно - говорить не хотелось. Стив смотрел в боковое окно, намеренно прислонившись к дверце - смущённый и немного потерянный. Об его уши и скулы даже сейчас можно было обжечься - Баки был уверен в этом.

- И тем не менее это было свидание, - заявил он позже, когда они по темноте въехали в ангар, и ворота за пыльным, но всё же ожившим от столетней спячки кабриолетом закрылись.

- Тебе виднее, - пожал плечами Стив, пытаясь оставаться безучастным. Он выбрался из машины и пошёл было вперёд, но Баки легко поймал его за руку, разворачивая к себе. Стив тут же вспыхнул, глаза гневно заблестели. Он угрем вывернулся из хватки.

- Эй, - сказал Стив предостерегающе, тут же смущаясь и отводя глаза. Развернулся и пошел на другой конец ангара быстрым шагом. Как бы не свалился ненароком...

- Понял, руки прочь, - усмехнулся Баки ему вдогонку. Поиграем, значит, подумал он. Улыбнулся и пошёл следом. Стив был достойным любой игры. Вот только противником или союзником? Или призом?

Мысли были сладкими. Тяжёлыми. Тянущей томностью отдавались во всём теле. Баки пружинил шаг, сверля затылок с короткими пшеничного цвета волосами, и боялся представить, что будет с ним, когда Стив подпустит к себе. Если подпустит...

Темноту ночи вокруг ангара разрежал один-единственный фонарь над дверцей главного входа. Они стояли в круге его желтоватого света, как заправская влюблённая парочка, и Баки это до ужаса веселило. И немного нервировало. Стив теребил в руке ткань пиджака и уже почти собирался сесть в свой миникар, как вдруг спросил - со смущением, с вызовом, видимо, собрав всю свою смелость в кулак.

- Тебе ведь никогда не отказывали, Бак?

Как рабочим комбинезоном по нежной коже.

- Эй, - осторожно начал Баки, придвигаясь ближе. Стив ожидаемо отступил, едва не втираясь спиной в бок своей машинки. - Почему это звучит так, словно ты хочешь сейчас сделать именно это? Не руби с плеча, Стиви, - шепнул он, упирая руки по бокам тела Стива в машину, почти нависая над ним. Прижатый к узкой груди пиджак был последней баррикадой. Баки понимал, что напирать сейчас неправильно, даже жалко. Каким бы неопытным ни был Стив, в нём чувствовались упрямство и несгибаемость едва ли не большие, чем сидели внутри самого Баки. И ловить его вот так в своих руках было совершенно глупо. Безнадёжно. Разве чтобы полюбоваться на гнев на дне глаз, на шальной взгляд и горящие щёки. Баки ничего не мог поделать с собой - он хотел Стива себе. Сейчас. Полностью.

Стив упёрся ему в грудь расправленной пятернёй. Надавил, отстраняя. Баки вздохнул, опустил руки и отошёл на шаг назад. Стив не глядя нажал на сенсор, и пневматическая дверь отъехала в сторону, открывая уютный салон электрокара. Стив забрался внутрь и закрыл дверь, завёл машину.

За рёбрами что-то противно сжалось. Нельзя его так отпускать, подумалось Баки. Он вежливо постучал железным пальцем по боковому стеклу.

- У меня твоя машина, - напомнил он, наклоняясь ниже, когда стекло бесшумно уехало вниз. - В заложниках.

- Боже, - медленно выдохнул Стив и всё же улыбнулся. Прикрыл глаза.

- Я не шучу и не играю с тобой, - сказал вдруг Баки, опускаясь ещё ниже, замирая напротив лица ошарашенного Стива.

- Я... я должен дописать диссертацию, - проговорил Стив, и язык плохо его слушался. - А ты должен закончить машину. У нас обоих есть обязанности. А потом...

- А потом поговорим, - покладисто согласился Баки. И пока Стив удивлённо хлопал ресницами, подался вперёд и мазнул его приоткрытыми губами в гладкую, нежную щёку. Под кожей Стива, видимо, жило маленькое теплое солнце. - Приезжай через неделю. Думаю, я буду готов отдать тебе машину, - хитро подмигнул Баки и отступил - ближе ко входу, под свет фонаря. Стив поражённо покачал головой, усмехнулся и поднял стекло. А потом уехал, и Баки долго-долго смотрел на удаляющиеся красные огоньки стоп-сигналов его миникара.

- Кажется, секса больше не будет? - с любопытством спросила Наташа, сидя на диванчике в их общей гостиной, которая была кухней и столовой по совместительству. Вот же... И как только успевает быть в курсе всего? Вышедший из душа Баки молча порылся в холодильнике, достал оттуда пару банок пива и кинул одной в Наташу. Та ловко поймала её двумя руками.

Полуголый, в одних штанах, Баки подошёл и тяжело опустился рядом с ней. С его коротких мокрых волос по шее стекали капли воды и впитывались в полотенце на плечах. Он открыл пиво себе и Наташе, просто ткнув железным пальцем в нужное место сверху банок. Наташа ждала ответа, неторопливо прихлёбывая и буравя взглядом висок.

- Он мне нравится, - сказал вдруг Баки между глотками, провел живым пальцем по верхнему ободку банки и посмотрел, наконец, на Наташу. Улыбнулся мягко, спокойно. По-домашнему.

«Да ладно?» - пронеслось в голове Наташи. «Что ты говоришь!» - вякнуло там же притворно-удивлённо. Наташа только хмыкнула и ответила:

- Вижу.

Они молча допили пиво, после чего Баки привычно поцеловал её в лоб и ушёл к себе - спать. «Сегодня был долгий день», - с совершенно обезоруживающей улыбкой сказал он. Наташа только диву далась. Встала и снова выпотрошила холодильник на предмет пива. Последняя банка... Села поудобнее, сложила стройные босые ноги на пуфик перед диваном. Включила проектор. Сегодня по расписанию был вечер романтических глупых комедий.

С одной стороны, жаль конечно. У них с Баки выработался потрясающий тандем. Что в жизни, что в работе. Что в сексе, чего уж там. С ним было так просто во всём, что голова никогда не болела из-за проблем, и не было желания привередничать. Всё случалось само собой, ехало себе неторопливо, как по рельсам. Теперь снова придётся искать кого-то, пытаться узнать его, довериться чужому человеку... А это лишние напряжения и колыхания в привычной и устоявшейся жизни. И Наташа бы разрулила сложившуюся ситуацию в свою пользу, если бы была стервой немного больше. Если бы была плохим другом. Если бы не желала счастья и любила его чуть меньше. Баки впервые за долгое время горел ровным светом. Не тлел едва-едва, не полыхал в горячке. В его глазах плескалось тепло и желание жить, и она никогда раньше не видела этого взгляда. Это было даже немного обидно. Наташа хмыкнула - то ли из-за неловкого поведения героев старенького фильма на экране проектора, то ли из-за своих мыслей. Подумать только, что иногда нормальному мужику для счастья не хватает какого-то мозговитого доходяги, и если это не насмешка судьбы, она не знает, как это назвать. Всего несколько лет назад Баки был разломанным, разбитым, совершенно тусклым. Напивался вдрызг, не разговаривал почти. Вздрагивал от громких звуков и вскрикивал по ночам. Она знатно с ним повозилась в то время. Ангола и всё, произошедшее после, словно вынули из него половину, и Баки оставшегося самого себя едва хватало, чтобы как-то жить, чтобы не спиться напрочь. А ведь он всегда был талантливым. Всегда - любопытным. И вот теперь - откуда что берётся? Влюблён. И совершенно точно - взаимно.

Наташа вздохнула. Пиво закончилось, комедия не шла. И чёртовы мысли... Как ни хотела она рассердиться на Стива Роджерса, выходило плохо. На Баки сердиться тем более не получалось. Кажется, он и её этим заразил - своим теплом. А иначе что это приятно греет посередине груди? И с чего вообще она такая довольная?

Наташа сладко потянулась всем телом, выключила проектор и пошла к себе. Мама говорила, что утро вечера мудренее.