Actions

Work Header

Всунь или Вынь

Chapter Text

- Как Дэниел?... Угу…. Ага… Понятно… - Я застал его стоящим в коридоре «больницы», который мы уже давно не использовали, но не стали разбирать на всякий случай, с трубкой у уха, выслушивающим очередной отчет Стивена о своей Лондонской жизни. Я затаился, поняв, что он меня не заметил. Мне всегда хотелось его подслушать, что он рассказывает Стивену обо мне. Фрай собирался навестить Хью в связи с каким-то своим очередным проектом, и вот я, наконец, увижу их вместе. Как эта дружба работает «вживую». Мы оба здесь с Хью были оторваны не только от семей, но и от близких друзей, но Итан появлялся здесь чаще, в конце концов, добрая половина и его съёмок проходит именно в Голливуде. Стивен же приезжал впервые. По крайней мере, это был первый приезд, в который я был посвящен. И даже был приглашён на прогулку по Сансету, на которой настаивал сам Фрай.

Моё имя так и не было упомянуто, я пропустил самое интересное – отчёт Хью о его Голливудской жизни. Завершая разговор, он бросил «Я тоже» и закрыл телефон со щелчком, от которого я вздрогнул. Но я всё ещё не был замечен и чувствовал себя неловко – то ли сделать вид, что я только что пришёл?

- Роберт, - услышал я. Хью всё ещё стоял спиной ко мне. Давно он знает, что я здесь? Ноги мои стали ватными.

- Хью?

- Он задержится на пару дней, так что наше свидание откладывается.

- Свидание?

- Прогулка по Сансету по определению свидание. Ещё он предложил проехаться по Малхолланд, опять-таки втроем, и обязательно на закате.

- Зачем?

- Уж не затем, чтобы полюбоваться красотами…

- В смысле?

- У него очередной период. Вот уж чего я не хотел, так это его тут в его дурацком периоде.

- Периоде?

- Прости, - наконец повернулся он ко мне. – Это не твои проблемы. Поэтому нам придется отменить эту глупую свиданку на троих.

- Почему?

- Потому что… Это сложно объяснить. Надеюсь, Дэниел приедет с ним.

- У Стивена приступ биполярности? – наконец догадался я.

- У него период, - отрезал он, видимо слово «биполярность» не особо ему нравилось.

- Ты понял это по телефонному звонку?

- Он становится безумно болтлив, но потрясающе несмешон. Я называю это «семь ступеней биполярной дури Стивена Фрая». Сначала он начинает зыркать глазами – знаешь, когда от одного взгляда хочется спрятаться под стол, а глаза у него горят, как в лихорадке. Затем идёт стадия ржача – плюс и минус чередуются - когда он может ржать часами над абсолютно тупыми шутками, в основном тут же им сочиненными. Третья стадия – обида на всех и вся, это мистер Брюзжащий Фрай. Стадия четвертая – всепрощение. Кончается обычно изливанием слез счастья на груди у неосторожно оказавшегося поблизости друга и признанием ему в любви. Дальше - хуже. Пятая стадия – отвращение к себе, часто пытающееся кончиться самоубийством, к счастью, этому мешает шестая стадия – надежда на чудо, ожидание чего-то лучшего, обычно сопровождается переменой мест, занятий и вообще какими-то переменами, но заканчивается всё всегда одним и тем же – седьмой стадией – стадией онемения. Он как бы умирает внутри. И вот это уже надолго. Сами мания и депрессия обычно длятся по пологода, раз в несколько лет, но после того, как он сел на таблетки, его только иногда прорывает. Если повезёт, все семь стадий он может пройти за неделю, две, а раз всё это случилось аж за сутки, к счастью, я лицезрел только начальные стадии, и уже утром следующего дня он был в порядке, отсыпался. Так он придумал Гиппопотама. Придумал и прожил в его шкуре эти самые сутки. Книжку он писал позже, когда разобрался с сюжетом.

- Зачем ты мне это рассказываешь?

- На всякий случай, вдруг я всё-таки решусь прогулять вас по Сенсету.

Я смущенно потоптался на месте, представляя нас на Сансет бульваре со Стивеном в каждой из его семи стадий. Хотя первые можно уже отбросить, раз период уже начался.

- Дэниел не отпустит его одного в таком состоянии, - предположил я осторожно.

- Поэтому он и сделал вид, что проект задерживается. Это его работа, даже Стивен об этом догадывается. Если период не закончится за пару дней, будет несколько вариантов развития, в зависимости от стадии. В худшем случае ему придется платить неустойку… Чёрт, он опять бросил таблетки, а Дэниел не доглядел. Когда-нибудь пятая стадия угробит Стивена насмерть, а я убью этого мистера «Я всегда буду рядом» собственноручно.

- Я ненавижу Тарантино.

- Прости, это и, правда, не твои проблемы. Давай поговорим о кино. Я тоже ненавижу Тарантино, хотя, надо признать, кое-какие вещи у него откровенно удались.

- Я не про это. Я ненавижу его за то, что он увёл Уму у Итана.

- А разве она не ушла после измен Итана? Прости, ты, очевидно, осведомлен лучше, - я фыркнул. – Погоди-ка. Не саму Уму? Ненавидишь не её?

- Мы друзья, нельзя ненавидеть друзей, даже если они настолько безмозглы, как Ума. Я поддерживал с ней отношения, даже когда Итан ненавидел её так, что хотел запретить ей приближаться к детям. Любовь превращается в ненависть. Вот так, запросто.

- Ты всё это рассказал, чтобы показать, что я «не одинок в своей беде»? – иронично произнёс Хью с американским акцентом. - Прости, Хауза иногда трудно сдержать, особенно на работе.

- Мистер Джекил и доктор Хайд, - прокомментировал я его поведение. Иногда это случалось, и я не обижался. Если бы мой персонаж так же сильно отличался по своей натуре от меня, я бы тоже свихнулся.

- Боюсь, что если мы всё же застанем период мистера Фрая, ты можешь пострадать. Так что, пожалуй, я не рискну…

- Он настолько опасен для окружающих?

- Нет, если только окружающие не являются объектами его ненависти.

Я похолодел от страха. Ненависти?

- Почему?

- Он меня к тебе ревнует, почему же ещё. И, возможно, завидует, но это одно и тоже.

- Ревнует? – эхом отозвался я. Господи, неужели? - Стивен любит тебя? – догадался я, и волосы на моём загривке встали дыбом.

Хью кивнул. Потом внимательно посмотрел на меня, отвёл глаза и произнёс почти шёпотом:

- Не существует такой вещи, как дружба… Есть только страсть и равнодушие.

- Но… Ты дружишь с ним.

- То, что я никогда не имел желания переспать с ним, ещё не означает, что я испытываю то, что называется дружбой. Друга нельзя ненавидеть, как ты справедливо заметил. С другой стороны любовь очень даже склонна менять плюс на минус когда ей вздумается.

- Но у тебя есть друзья, - вспомнил я первое прозвучавшее утверждение. – Такая вещь как дружба существует, даже у тебя. То, что твой лучший друг… вовсе и не друг…

- Все остальные? Есть просто хорошие знакомые, коллеги, - я вздрогнул. Неужели это про меня? – И те, к кому я действительно привязан эмоционально. Либо бывшие любовники, - я вспомнил Эмму. И правда, могут ли бывшие любовники остаться просто друзьями? – Либо потенциальные. И секс тут не всегда при чём. Любовник – это что-то большее, я бы употребил слово «возлюбленный», если бы его так не боялись. Корень «любовь», не «трах».

Я замер. А это что должно было значить?

Ещё тот выбор. Между просто коллегой и потенциальным любовником… возлюбленным. Я бы тоже предпочёл это слово… Если бы…

Если я ему не докажу, что настоящая дружба существует. Я не согласен быть «просто коллегой», что-то с ужасом восставало против такого. И хотя мне казалось, Хью не вложил в эти два определения ничего применительно ко мне лично, сердце моё съёжилось от страха. Пусть я не то и не другое, пусть я просто друг. Возможно, новый лучший друг, раз уж старый оказался вовсе и не другом.

Почему меня так сильно влечет к нему? Почему я так цепляюсь за эту дружбу? Почему я так страстно понимаю Вилсона, что иногда не могу отличить себя от него? Почему даже перспектива стать «потенциальным любовником» не может меня отпугнуть от Хью, а возможность оказаться «просто коллегой» убивает желание жить?

Нет, тоже самое я бы испытал и к Итану, если бы в этом возникла необходимость. Это просто дружба. Очень крепкая, но ещё не оформившаяся, ей нет и пары лет, дайте нам притереться друг к другу. И спросите лет через десять – что это? Дружба? И даже Хью не сможет ответить отрицательно.