Actions

Work Header

hey now, now

Work Text:

— Ой, брось дуться, детка! На, лучше выпей, — Зафод протянул и так уже вполне пьяному Артуру стакан и улыбнулся именно так, как наверняка всегда улыбался симпатичным девочкам, мальчикам и другим на концертах и в очередях.

Вокруг было шумно от музыки и душно от скопления людей, и Зафод наклонился, приобняв его за плечо, и Артур подозревал, что к нему в открытую клеятся. Всю неделю. А еще Артур жалел о каждом решении в своей жизни, начиная от перевода в другую школу и заканчивая согласием идти на вечеринку.

Но что уж тут поделаешь.

Поэтому он принял стакан из рук Зафода и сделал пару глотков, решив, что хуже все равно не будет. Напиток в стакане оказался сладким и теплым, но вкусовые рецепторы Артура, отравленные фруктовым пуншем и еще какими-то коктейлями, уже ничего не воспринимали. Зафод сжал его плечо крепче и сказал:

— Вот так, детка! Чай тебе не помешает, а то уже с ног валишься.

И засмеялся прямо в ухо Артуру.

Итак, подумалось Артуру.

Итак, Артуру Филипу Денту только-только исполнилось семнадцать. Он спокойно жил себе в родительском доме со светлыми стенами, два раза в неделю бился головой об косяк двери (обычно во вторник и воскресенье). Мирно изучал английскую литературу, языки программирования и чуть-чуть смыслил в радиотехнике. Пил чай с чабрецом, а по выходным ходил на баскетбол и все у него было замечательно, пока сестра Эми одним вечером не сказала ему: «Тот твой друг — Форд — вроде учится в школе посильнее. Не хочешь попробовать поступить?».

И Артур подумал совсем немного.

И поступил.

И это стало катастрофой. Но это по меркам Артура, который в двенадцать лет однажды три часа пролежал перед бульдозером, защищая свою снежную крепость.

В новой школе Артуру нравились преподаватели и программа, нравились даже одноклассники и разговоры про будущую специальность, а еще лужайки перед входом были ровненькими и еда в кафетерии съедобной.

Но.

Но вместе с Фордом там учился и его недобрат и перекузен. В общем, родственник настолько дальний, что даже Форд не был способен объяснить, кто они там друг другу. Артур же не был намерен испытывать то же, что и при чтении книг Шарлотты Бронте, а потому вникать в семейное древо Префектов не стал.

Артур знал об этом брате (так его называть было легче всего) очень мало. Только то, что он играл на гитаре, тусовался с какой-то кавер-группой и сейчас был в Америке. Форд его, кажется, обожал и уверял, что Артуру он тоже понравится, а Артур кивал.

Кивал же Артур чисто из вежливости, потому что он был британцем и потому что этого брата в школе видно не было. Да и юными (хорошо, ровесниками) гитаристами на гастролях Артур не интересовался из соображений безопасности своего морального состояния и сна.

И все шло своим чередом.

А потом он явился в понедельник прямо посреди ланча, когда Артур ел салат и беседовал с Тришей (теплые глаза, мягкая улыбка, держит дома двух крыс и собралась поступать на химфак, одним словом — само очарование), беседовал с ней и Фордом о планах на выходные. Однако, сверкая улыбкой и кожаной курткой отвратительного красного цвета, он шествовал по кафетерию и все ученики если не расступались перед ним, как Красное море перед Моисеем, то отступали в сторону. Зрелище не особо впечатляло и навевало на Артура печальные мысли о бренности всего сущего, потому что несмотря на все, в конечном итоге в школах будут любить блондинов.

И вообще, почему клише из фильмов нулевых все еще были правдой?

Форд, заметив всеобщее оживление, обернулся и засиял, как лампочка на двести двадцать вольт.

— А, наконец-то! Артур, Триша! Зафод вернулся! — Форд привстал и замахал рукой. — Зафод! Зафод, иди сюда!

Артур вздохнул. Еще раз посмотрел в сторону Зафода, который только что подрезал у кого-то половину маффина. Кажется, этот кто-то был даже не против.

Ага.

Понятно.

Родственник Форда оказался сраной Хезер Чендлер.

И где еще двое таких же?

Барабанщик и клавишник, например. В зеленом и желтом.

Зафод услышал свое имя, крутанулся на каблуках (Господи, что это на нем? Белые ботфорты? Что-то на платформе?) и бегом поспешил к ним.

— Форд! — последние полтора метра Зафод буквально проскользил по полу и врезался в стул. Тот издал самый несчастный звук на свете. Так умирают либо коты, либо мебель в старшей школе.

Зафод дал Форду «пять» и потрепал его по волосам, а затем еще раз крутанулся волчком, одарил Тришу очаровательной улыбкой и обнял ее.

 — Триллиан, милая! Выглядишь прелестно. Просто как куколка! И новая тушь супер, — он приподнял ее подбородок двумя пальцами (черный лак на ногтях), чтобы получше рассмотреть. И другой рукой стянул с ее подноса банку колы.

— Я знаю. Тушь же твоя. Как и румяна, кстати. Как и вся остальная моя косметика, спасибо за ключи от дома и твоей комнаты.

Ах, вот оно что.

Зафод выпрямился и отсалютовал ей.

— Видишь, все лучшее ты берешь от меня! Совершенствуешься с каждым днем, а все благодаря тому, какой я замечательный, — сделал пару глотков и наконец-то поглядел на Артура. — О, привет.

Ох, здравствуйте, его высочество снизошел до смертных.

— Привет, — бросил ему Артур в ответ, рассматривая чуть внимательнее: светлые волосы до плеч, (некоторые пряди были выкрашены в красновато-рыжий, и Артур вынужден был признать, что это сразу прибавило Зафоду пять баллов в шкале привлекательности), острый нос и приятное, живое лицо. Глаза зеленющие (линзы носит?).

Ладно.

Красивый.

— Артур — Зафод Библброкс. Зафод — Артур Дент, — представил их Форд. — Артур только в начале года перевелся. По совету сестры. Но я тебе говорил, кстати. Ты бы слышал, что он сказал после получения результатов…

Артур уже приготовился пнуть Форда под столом, как Зафод сам спас его от позора при первой встрече.

С другой стороны, Артуру понравилось, если бы Зафод проявил хоть немного интереса.

— Ага, прелестно. Супер. Обязательно еще послушаю. Не сомневаюсь, что это занимательнейшая история. Но! Сейчас не об этом. Сейчас о делах насущных! — Зафод хлопнул в ладоши. — А именно! Droogi moi, в субботу мы устроим настоящий разнос! Но сразу уточню — законный. В честь моего возращения и в честь того, что администрация не может ничего со мной поделать, потому что я слишком красивый и слишком умный.

— Зафод, мы вообще-то… — начала было Триша, но Зафод поднял руку в останавливающем жесте.

— Куколка, возражения не принимаются. Я уже все организовал. Почти. И потом, мы не виделись пол-лета. Могу же я полюбоваться тобой и всеми остальными, а? Не ломайся, ты же знаешь, что у меня всегда весело.

И подмигнул.

— Ты невыносимый.

— Мы его за это и любим, — парировал Форд.

Артур почти закатил глаза. Блондин-гитарист, использующий надсат. А любимый его фильм — «Бойцовский клуб», да?

— Эй-эй-эй! Сделай лицо подовольней, Арчи! А то выглядишь совсем как ded, — Зафод больно ткнул его в плечо (тощий же, откуда такая сила). — Ты симпатичный, но не настолько, чтобы я пускал тебя к себе с такой кислой рожей.

— Я не собирался…

— Теперь собираешься, — перебила его Триша.

Предательница.

А потом Зафод с противным лязгом развернул стул, оседлал его и, положив руки на спинку, потянулся всем телом.

— В общем, потом разберемся с субботой. Главная новость, которую я хранил весь август, — он выдержал театральную паузу. — Все же помнят Хуму Кавулу, да? — оглядел их всех Зафод (нет, все же не линзы). Дождался кивков от Триши и Форда. — О, тогда все супер. Droogi moi, мы обошли Хуму Кавулу. Вернее будет сказать — я обошел.

Триша и Форд одновременно вскрикнули, а Артур от этого крика подавился салатом.

— Врешь!

— Триллиан, милая моя, я говорю чистейшую правду. Этот идиот в порыве злобы чуть не перерезал мне горло после выступления. Смотри, а! — Зафод, явно гордящийся тем фактом, что кто-то чуть не убил его, расстегнул воротник рубашки (коровий принт?) и продемонстрировал тонкий белый шрам на шее.

Форд присвистнул и откинулся на стуле, а Артуру поплохело.

— Только поцарапал, но факт остается фактом, — заключил Зафод.

— А ты что? — аккуратно поинтересовался Артур, уже чувствовавший, что рядом с этим человеком у него плавится мозг и представления о безопасности. После — скольких? — десяти минут нахождения рядом.

— А я угнал его машину. Но это секрет. Подробности потом. Сейчас расскажу про Калифорнию и то, как нас чуть не сожгли на фесте.

Артур решил не слушать, но не слушать не получалось, потому что Зафод оккупировал именно его сторону стола, поэтому за десять минут Артур узнал про монстр траки, побег от полицейских («это не копы, это какие-то хлюпики, я даже километра не пробежал, а они отстали») и кукурузное поле.

Пока воображение Артура рисовало перед ним самые интересные картинки в лучших традициях Кинга, другую часть сознания волновал вопрос, как родители Зафода вообще подписали разрешение на выезд и почему вся его веселая компания (и этот Хума Кавула тоже) не сидят.

Также Артур выяснил, что Зафод не может держать руки при себе, будто их у него было не две, а три, потому что Артура хлопнули по коленке, а вместе с этим Зафод, на истории про залежи токсичных отходов, умудрился стащить у него с тарелки помидор.

— Ну мы с ребятками поспорили, насколько они опасны. Я, значит, лезу в эту яму, там бочки всякие, знаки ржавые…

— Без защиты?

— Форд, откуда у нас там защита? У нас последние трусы украли вместе с остальным багажом еще в Неваде… а, черт, я же не рассказал про Неваду. Неважно, потом. Ну короче, лезу туда, слышу под ногами хрустит, гляжу: там кости всякие, змея дохлая и…

— …и труп такого же идейного, да?

— Ай, Триллиан, мысли мои читаешь! Но он весь костлявый был, года шестидесятого, наверное. Я хотел куртку с него стащить, но нас засекли, пришлось драпать.

Артур был готов отдать ему все оставшиеся помидоры. Все равно они больше не лезли в горло.

— Ладно, у нас время-время. У меня тайминг. В субботу в одиннадцать. У меня. Не опаздывайте, милые. И еще свидимся. Звоните, если вздумаете найти неприятности! Бывайте! — и хлопнул уже по спинке стула.

Бедный стул.

Да, это белые ботфорты на нем.

— Он всегда такой взбалмошный? — беспомощно поинтересовался Артур, смотря вслед Зафоду.

Замечания про то, что Зафод выглядел как петух и говорил как дельфин, он решил опустить. Будет еще возможность.

Триша и Форд одновременно фыркнули.

— Просто узнай его получше, — пожала плечами Триша. — Он классный, правда. Иногда слишком энергичный, но классный. Ты же его слышал.

Ага.

Дельфиний клекот он слышал.

И про труп тоже, спасибо большое.

— Я знаю его с трех лет. Он просто потрясный, — подтвердил Форд. — И водит как Шумахер

— Рекомендации похуже ты придумать не мог?

Триша и Форд опять рассмеялись.

Понедельник был почти потерян.

Понедельник, думал Артур.

Сегодня понедельник. Два часа дня. И у него сейчас литература. И в субботу он никуда не пойдет, сославшись на головную боль и тест по математике, и все будет хорошо, и Зафод не будет бесить Артура, потому что Артур, несмотря на заверения Триши и Форда, имел свое мнение насчет блондинов, заявляющихся в школу к середине дня и использующих надсат.

И так задорно рассказывающих про маньяков.

В классе литературы окна постоянно были открыты настежь, поэтому Артур предпочитал сидеть где-нибудь посередине, чтобы не мерзнуть. Он уже успокоил воображение и был готов впитывать информацию (в начале года мистер Макдональд решил читать им курс о готической литературе), как ему на парту прилетела скомканная бумажка.

Артура передернуло — он всегда приходил первым, а его одноклассники были вполне адекватными людьми и не имели привычки кидаться бумагой или чем-то еще. Тот случай с цветочным горшком Артур не считал, потому что его тогда еще не было.

— Эй, Арчи!

О господи боже, сын и святой дух.

Зафод сидел на последней парте, поставив ноги на пустой стул перед собой. На нем уже был форменный голубой пиджак — когда успел только? — а волосы он собрал в пучок.

Андеркат.

Кто бы сомневался.

— У тебя после отравления ядовитыми парами проблемы со слухом или с памятью? — вздохнул. — Я Артур.

— Как скажешь, мальчик-ded. Не нервничай только. Там, — он кивнул на скомканную бумажку, — список дополнительных курсов и факультативов. Впиши себя туда.

Артур разгладил листок и пробежал глазами по заполненным таблицам.

— Тебе-то это зачем, мальчик-петух? — попытался огрызнуться Артур в ответ. — Собираешь досье на несчастных?

Зафод усмехнулся.

— Ну что-то типа того. Я президент студсовета. Набираюсь опыта для будущего — потом буду премьер-министром.

Зафод выглядел как кто угодно, но точно не как человек, которому администрация школы доверила бы студсовет, школьные мероприятия и жизни учеников. Артур с трудом представлял, как Зафоду доверили его собственную жизнь. Наверное где-то в небесной канцелярии подписали не ту бумажку.

— А я думал, что в президенте студсовета ценятся ответственность и здравомыслие.

Артур отметил себя в колонке дополнительных занятий по информационным технологиям и в историческом клубе. И, немного подумав, скомкал бумажку обратно и бросил в Зафода. Тот ловко поймал ее одной рукой, даже не повернув головы.

— Детка, я самый ответственный человек во всех параллельных вселенных, а значит — и в этой тоже.

Артура передернуло второй раз за пять минут.

— Ладно, мальчик-ded, меня ждут великие дела. На пути к креслу премьер-министра нельзя терять ни минуты. Не скучай! Передай Триллиан, чтобы вернула мне подводку.

В дверном проеме Зафод чуть не столкнулся с Эдди (невысокий, рыжий и странно помешанный на теории вероятности, переводящий все в проценты), привстал на мыски, прижался спиной к косяку, пропуская его.

— Аккуратней, солнце! — кинул он Эдди и еще раз махнул Артуру. — Не переживай, ты тоже солнце, когда не дуешься, — убежал.

— О. Не думал, что ты с ним дружишь, — Эдди проводил Зафода задумчивым взглядом.

— Мы не дружим, он меня вообще бесит. А я знаю его меньше получаса. Что вы все в нем только нашли?

— Золотое сердце и двухэтажный загородный дом. Но сердце важнее, — ответил Эдди и плюхнулся за соседнюю парту.

Ладно, может быть он и сходит в субботу куда-нибудь.

***

В поздний вечер вторника Артур мирно шел по тихой улице, освещенной оранжевым светом фонарей. Ему нравилась осень, нравился прохладный воздух и трава, медленно теряющая зеленый цвет. Всегда вспоминалось детство, когда их с сестрой за руки водили в цирк-шапито или в кино по тенистым аллеям, когда было спокойно и радостно.

Артур довольно вдохнул и даже чуть потянулся.

Тихо, как же тихо.

Прямо как в лесу в фильмах ужасов перед тем, как на главных героев накинется маньяк, но какой маньяк посреди города, а?

Вот так Артур и планировал жить — поспокойней, напиваясь только от радости и только раз в два месяца.

И навещать племянников, если у его сестры будут дети.

Артур чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, будущее ему вдруг показалось таким же ясным, как ближайшая неоновая вывеска какого-то магазинчика, а жизнь на несколько долгих минут превратилась в сплошную дорогу из желтого кирпича, светлую настолько, что глаза заслезились.

Еще через пару секунд Артур понял, что это фонарик велосипеда, едущего на полной скорости, светит ему прямо в глаза и отпрыгнул в сторону.

Велосипедист остановился, взвизгнув тормозами, и Артур уже хотел было спросить, какого черта он ездит по пешеходной зоне, но его опередили.

— Детка, свернул бы ты с велосипедной дорожки. А то зашибут.

Зафод сказал это так, будто не зашибить Артура было не обычным социальным концептом, а великим одолжением, которое он ему сделал из доброты и позыва чистой души.

— Я не!.. — начал было Артур, а потом посмотрел под ноги и замолчал. Он действительно стоял на велосипедной дорожке. Дурак, что ли? — Я случайно. Что ты здесь делаешь? — решил побыстрее сменить тему разговора.

— Ищу тебя, чтобы подвезти. А то я со второго урока сбежал, мы толком не виделись, — Зафод подмигнул ему.

Это в принципе было правдой, потому что утром Зафод подлетел к Трише, чмокнул ее в щеку, шепнул что-то на ухо (Триша улыбнулась так, будто ей пообещали миллион за красивые глаза, и Артур даже был уверен, что его предположение — правда), а Артуру только подмигнул.

Артур состроил самое недовольное лицо, на какое только был способен, чем, кажется, развеселил Зафода сильнее.

— Серьезно, мальчик-ded, садись и показывай дорогу? Понимаю: на байке было бы эффектней, но это в другой раз.

Артур сделал еще одну мысленную пометку в своем списке красных флагов. А потом поглядел на велосипед так, будто вообще разбирался в велосипедах и решил, что раз уж Зафод предлагает, то:

а) если ему будет тяжело тащить сразу двоих — это будет его проблемой;

б) раз уж есть возможность, то почему бы и нет.

Тащить сразу двоих Зафоду оказалось совсем не тяжело, словно он каждый день катал кого-то. Возможно, это было правдой, а багажник велосипеда не был VIP-местом. Артур даже немного расстроился, уже представив, что Зафод будет жалеть. Но прохладный ветерок приятно дул в лицо, а ехали они вполне быстро и все это как бы намекало, что малодушная затея Артура провалилась.

— Ты где сегодня был? — все же решил быть немного вежливым Артур.

— О, да у меня на курсах защита проекта была, — Зафод заметно оживился, передернул плечами. — Астрофизика, конечно, веселая штука, но я просидел там четыре часа, а отвечал только полтора.

У Артура заклинило мозг. Астрофизика и Зафод не вязались, прямо как Зафод и велосипед. С другой стороны, у него же и байк был, да?

— Астрофизика? Я думал, ты гитарист.

— А я еще не решил. Кто тебе больше нравится?

Артур не мог понять, шутит ли Зафод или пытается с ним флиртовать. Оба варианта Артура не прельщали (вернее, не прельщали они то, что Артур обозначил своей Здравой Частью. Гормоны Артура и его быстро развивающаяся привязанности к любым людям были в восторге), потому что это было все равно что выбирать из конфет «Берти Боттс», которые однажды притащила ему сестра — даже апельсиновый вкус оказался каким-то мерзким.

Артуру с аллергией на цитрусовые только об этом судить, ага.

Зафод подбешивал Артура одной только манерой речи и привычкой ласково обращаться к малознакомым людям (да и ded ему не сильно нравилось).

Или из малознакомых у него был только Артур.

Или-или.

— Мне нравятся пираты, — ляпнул Артур, не придумав ничего получше.

Это, наверное, было фатальной ошибкой.

— Как капитан Джек Воробей или как Хан Соло? — рассмеялся Зафод.

— Как Джон Флинт.

Зафод присвистнул.

— Я запомню.

Артур покрепче обнял его за пояс, чтобы удержать равновесие на повороте и уткнулся лбом в кожанку (сегодня голубую).

— Ага. Запоминай.

***

В среду Артур проспал первые два урока, о чем ему сообщили часы и десять пропущенных звонков от Форда, и только семь — от Триши. И пара сообщений от одноклассников.

Здраво рассудив, что если уж сама судьба сказала ему прогуливать, Артур с чистой совестью соврал Эдди о плохом самочувствии, написал Трише и Форду, что будильник оказался предателем, а сам отправился завтракать в гордом одиночестве.

На кухне нашлась записка от Эми, уведомляющая, что Артур засоня и что перед родителями она его прикроет. В этой же записке обнаружился список продуктов и подмигивающий смайлик.

Прелесть.

Пока Артур мыл посуду, его телефон решил поднять тревогу и истерично надорваться уведомлениями из Инстаграма. Артур сначала испугался и решил, что вчера случайно раскрыл врагам военную тайну и теперь его нашли, но успокоился, увидев ник.

Конечно.

Ну конечно Зафод оказался тысячником.

z.br_
артур детка вернись
я все прощу
12:43

ладно триллиан
доложила мне
что ты любишь спать
12:44

в следующий раз
предупреди
я за тобой заеду
12:44

помчим куда-нибудь
на край света
12:45

Артур решил проигнорировать всю эту ситуацию и ответил только через пару часов простым: «Спасибо, обязательно».

Полистал аккаунт Зафода и еще раз убедился, что у него была страсть к неону, синим теням, блестящим рубашкам и ретро-гитарам. В самом конце аккаунта нашлись фото из средней школы, кажется, из театрального кружка, на которых Зафод обнимал другого парня в длинном парике и тоге.

z.br_ прокомментировал:
«мы только поцеловались а его уже распяли жесть».

В стандартный набор добавился Иуда.

К пяти часам Артур соизволил вылезти из дома, потому что Трише понадобилось сопровождение до книжного и потому что нужно было подышать свежим воздухом. И потому что в книжном ему нравилось чуть больше, чем под пристальным взглядом Эми.

Эми вообще могла бы претендовать на звание неплохого такого шпиона, и Артур иногда всерьез размышлял, не завербовал ли его сестру Колин Ферт в костюме-тройке, потому что вчерашним вечером она села перед ним и спросила: «Серьезно? Библброкс?», таким тоном, будто Артур поспособствовал продаже родины и теперь их всех подымут на вилы.

Откуда она только узнала?

А еще потому что сразу после пятой чашки чая Артуру пришла в голову мысль немного порефлексировать и обдумать сложившуюся ситуацию, рыбу на ужин и все остальное.

По дороге до книжного Артур чувствовал себя идиотом, который сам не знает, чего хочет и какого черта он вообще думает о вчерашней поездке и сегодняшних сообщениях, он же решил, что Зафод его бесит (потому что он овен? Это потому что он наверняка овен), а то, что он был тепленьким (на всю голову?) и довез его до дома говорило лишь о перепадах настроения, потому что невозможно сначала игнорировать нового человека в своем окружении, а через день быть с лапушкой с ним же.

Еще бы за косички подергал.

Артур аж остановился посреди дороги от этой мысли. Зафод был привлекательным — Артур этого не отрицал, потому что у него не было проблем со зрением. Еще он не отрицал (ладно, отрицал вчера и позавчера), что лившаяся через край энергия Зафода была в каком-то смысле очаровательна, но еще Артур совершенно ясно осознавал — если загуглить значение слова «самовлюбленность», то фото Зафода Библброкса появится на первой же странице.

Все его очарование и вся его харизма не могли скрыть того огонька тщеславия в глазах, когда он говорил о себе. Или о кукурузных полях и том, как упал со второго этажа заброшки и приземлился в кусты отцветшей сирени.

Все одно.

Поэтому Артур решил поберечь свои эмоциональные ресурсы. И кое-что еще тоже.

Триша же встретила его с распростертыми объятиями. В прямом смысле.

— Что-то случилось? — немного удивленно поинтересовался Артур.

Последний раз Триша обнимала его в августе на какой-то вечеринке у бассейна, потому что Артур тогда просто был первым попавшимся человеком, стоящим прямо. Артур вообще все реже понимал, какого черта он делает на вечеринках.

— Все в порядке. Все просто замечательно. Ты, кстати, знал, что если прочитать о теории струн чуть больше статьи в Википедии, гетеросексуальные мальчики теряют к тебе всякий интерес?

Артур расслабленно улыбнулся.

— Рассказывай.

Книжный был большим и двухэтажным, теплым, с разукрашенной лестницей и полками в стиле арт-деко, а рассказ Триши отвлекал от почти-рефлексии. Артур немножко выпал из реальности, наслаждаясь расплывшимися очертаниями предметов и приглушенными звуками вокруг.

— А затем… ты ведь не слушаешь, — упрекнула его Триша в отделе с эзотерикой. Почему они вообще были здесь? Жизнь полна сюрпризов.

— Слушаю. Ты говорила, что тот парень не отличил бы статью Келера от статьи де Вехта, а вещал так, словно был Мечниковым и да Винчи в одном лице, — Артур выбирал между книгой с полупрозрачной луной и книгой о круге женской силы. Полистал и выяснил, что для привлечения императора нужно покрутиться по часовой стрелке сто восемь раз. — Как думаешь, какая Зафоду понравится больше?

Артур произнес это, а потом осознал.

А потом захотел убиться прямо о концептуальную полку с такими же концептуальными книгами, потому что Триша засмеялась, а так она смеялась только над мемом про Napoleon // Napoleoff.

Порефлексировал? Умница.

— Один раз, Артур. Вы говорили один раз. Господи, Форд должен мне двадцатку, — Триша даже забыла про того своего идиота и переключилась на Артура (у которого мозговых клеток было не больше, они просто работали в другом направлении); который так и стоял с двумя книгами в руках и в полной потерянности, потому что невозможно не быть потерянным, когда все твои мысли в итоге сводятся к человеку, с которым вы говорили четыре раза (о, так ты считал?), господи боже блять, Артур! Артур Филип Дент! Немедленно переобуйся обратно! Запри свою бисексуальность куда подальше, направь ее на кого-то понадежнее! Вспомни, чем заканчиваются такие сериалы на Нетфликсе! Вы расстанетесь через три месяца — стоп! — вы еще не встречаетесь-

-еще не?

Весь этот внутренний монолог Артур оставил при себе и впихнул книгу про круг женской силы Трише.

— На. Спрячешь туда честно заработанную двадцатку. И расскажешь про теорию струн мне. Я оценю. И мы с ним говорили четыре раза. И откуда у него мой Инстаграм, кстати?

Триша пожала плечами.

— Сам нашел.

Артур так и поверил.

***

добрый вечер я диспетчер
23:20

Привет
23:32

о я думал ты уже все
23:32

короче завтра вроде безоблачно
посмотри в окно часа в четыре утра
23:34

Артур перекатился на кровати и тупо посмотрел в экран телефона. Перечитал еще раз.

Все в порядке?
23:35

пхахахах
дай договрю
*договорб
23:35

короче на северо-северо-востоке
там должна быть видна венера
23:37

но это так фан факт
23:38

Артур кинул телефон на соседнюю подушку.

Спасибо за совет
23:53

На это Зафод отправил стандартное красное сердечко.

***

Четыре утра Артур предсказуемо проспал, зато вскочил в семь от будильника и звука уведомлений в директе.

Зафод скинул ему одиннадцать фотографий светлеющего утреннего неба с ярко-белым шаром посредине и с тремя голосовыми, поясняющими, что к чему.

— Я там еще на юго-западе поймал Марс, — голос у Зафода был приятно-сонным, без обычных ярких интонаций. — И между ними Сириус, во-о-о-о-он там.

И говорил Зафод так, будто Артур мог увидеть, как он показывает рукой на Сириус.

— Но это вообще не то, я тебя как-нибудь протащу в наш центр, вот там все увидишь.

Артур услышал, что в конце сообщения Зафод зевнул и зашуршал чем-то.

— А еще меня до субботы не будет, потому что я молодец и уезжаю на курс лекций по юриспруденции, но ничего не отменяется, не переживай, — зевок. — Вообще, я думаю по-тихому оттуда свалить. Ведет некий Симон. Говорят, он нудный, как Гавриил на Суде. С такой-то фамилией — не удивляюсь. Ладно. Чао. Пиши, если что.

Теперь еще и юриспруденция.

Супер.

Что там по его эмоциональным ресурсам?

***

То ли у Триши, были слишком красивые глаза, то ли Форд приехал уже подшофе, но в субботу на Артура каким-то чудом нацепили рубашку с разноцветной бахромой.

— Я выгляжу как попугай.

— Артур, поверь мне: у Зафода ты будешь выглядеть как священник на бдсм-вечеринке, — Форд поправил на себе фиолетовый жакет.

Данное замечание Артура не успокоило и не образумило, потому что Форд вообще плохо успокаивал, а Триша была слишком радостной, чтобы воспринимать его всерьез и, обняв его лицо двумя руками, вещала про какого-то иллюзиониста из Лас-Вегаса.

— Я тебе клянусь, Артур, он просто отвал всего. Обязательно посмотрим пару выпусков вместе. И Зафод напрашивается к нему музыкальным сопровождением с прошлого года.

— А мне он не хвастался.

— Это потому что хвастаться еще нечем. Вот как он его окончательно доконает, тогда и сообщит всем на свете, — со знанием дела доложил ему Форд.

Дом Зафода («Вообще-то это дом нашего троюродного дядюшки, но он живет в Литве») действительно впечатлял, потому что двухэтажная белая вилла не может не впечатлять, как бы вы ни пытались отрицать обратное.

Артур и не пытался.

— Миленько, да? — Триша уже уверенно направлялась ко входу по серой дорожке, усыпанной щебнем.

Вне дома действительно было миленько. Артур заметил мраморный фонтанчик-рыбу и ровненькие молодые яблони.

В доме же Артур увидел то, что и ожидал: неоновую подсветку, колонки, столы с алкоголем и снеками и толпу ровесников. Да, Форд оказался прав — на фоне остальных собравшихся он выглядел как викторианская дама на нудистском пляже.

— Триша… — начал было Артур, но Триши уже и след простыл. И Форд тоже куда-то сбежал, а во всем этом блестяще-неоновом море Артур не мог их разглядеть.

Зато его нашел Зафод. Он подскочил к нему — в розовой шубе и с двумя бокалами чего-то прозрачного — и, потрепав по голове, начал разговор с середины, будто просто отходил на пять минут.

— Видишь вон ту блондинку в черном топе? — Зафод указал на девушку справа от них. — Дочка премьер-министра.

Артур тупо уставился на него.

— Чего?

— Кто у нас сейчас премьер?

— Саксон.

— Вот. А это Дженни Саксон. Понял?

Артур заторможено кивнул.

Куда его привели?

Наверное, Дженни Саксон и эта мысль и стали причинами того, что Зафод отпаивал его чаем уже на заднем дворе. А еще пунш и три пангалактических грызлодера («Сам придумал, что скажешь?»).

А еще немного виноваты была Триша, за полчаса до этого потащившая его танцевать и девушка-вокзал, в смысле, не буквально вокзал, но ее зачали на вокзале, и Артур не понял, кто из них был пьянее, только потом он забрался на центральную лестницу и решил учить ее летать, и Форд потом заявил, что ванна — это озеро джин-тоника, а он лимон, и кто-то поцеловал Артура, то ли миленький экономист, то ли какая-то девушка в парике, и-

-и вот он на прохладном заднем дворе пьет сладкий чай, а Зафод прикуривает от угольков в барбекю.

— У тебя всегда так? — Артур глупо смотрел в стакан с чаем.

Это у него хобби на сегодняшнюю ночь.

— Не-а. Это ты такой веселый. Даже не знал, что тебе всего-то нужно выпить.

Артур замолчал. Думать было трудновато, а Зафод не проявлял никакой заинтересованности или хоть малейшего беспокойства.

— З-з-зафод.

— Ммм? — он все же справился с сигаретой, и теперь огонек приятно светился в тенях яблонь.

— Ты зачем меня обнимал?

— А ты предпочел бы упасть на кого-то?

Ладно. Факт.

— А на лекцию зачем ездил? — завтра ему обеспечено похмелье. Артур сморщил нос.

— Потому что это интересно, мальчик-ded. Кстати, ты знал, что когда вот так делаешь — похож на ежика?

— Да? А когда у ежиков спячка? О, блин, — Артур качнулся и оперся о дерево, — существует созвездие ежа?

— Я открою когда-нибудь.

— Не сомневаюсь. Тебе лишь бы первым пролезть.

— Как будто это что-то плохое.

— А почему это что-то хорошее?

Они опять замолчали, и тишина была ночной и пьяной.

— Почему? Ты сейчас прикалываешься? Нет, погоди, не отвечай, я сейчас, — Зафод глубоко затянулся. — Так вот, Артур, мальчик-ded, в мире столько всего. Во вселенной столько всего. Понимаешь? А я хочу увидеть все, Артур. Я хочу заглянуть в жерло вулкана, нырнуть в Бермудский треугольник, — голос Зафода нарастал с каждым словом, он начал тараторить, активно жестикулируя, махая сигаретой прямо перед лицом Артура. — Я хочу умереть, поглощенный черной дырой! Я хочу изобрести машину времени и космический корабль, который бы мог долететь до Марса за полчаса. Черт подери, Артур! — Зафод бросил сигарету на траву и затоптал. — Говорят, что Менделееву приснилась его таблица, хотя это бред и ему ничего не снилось, но мне однажды приснился Зигги Стардаст, и я проснулся и подумал, что, черт подери, какой же только бред не лезет в голову после пяти часов репетиций, но я посмотрел в зеркало, посмотрел и увидел, что у меня есть тело и лицо, и это звучит тупо, но меня как будто осенило! Я столько всего могу, а нужно-то только тело! И я понял, и решил, что, блять, а может это знак, а может это было к чему-то важному. И я хочу что-то сделать, Артур! Я хочу увидеть то, о чем пел Боуи! Артур, я могу найти чертову вторую Землю, ну может быть не прямо такую же, — вдох! — Что-то такое, и я могу колесить по Америке в компании обдолбанных хиппи, если они вообще остались, не знаешь, остались ли еще хиппи? Ну с машиной времени я точно доберусь до хиппи! Или я могу уйти в священники, или утопиться прямо сейчас, или найти ответ на вопрос жизни, вселенной и всего остального или понять вопрос к этому ответу! — вдох! — Понимаешь, Артур? Мне и тринадцати жизней не хватит на все, чего я хочу! И когда ты спрашиваешь: «почему?», у меня мозг расслаивается, у меня заплетается язык, как будто у меня две головы и обе хотят рассказать тебе обо всем, Артур!

Зафод уже почти кричал, его голос звонко разливался по двору, а Артур стоял, облокотившись о дерево и слушал; слушал, спрятав одну руку в карман, и голос Зафода, то срывающийся до шепота, то взрывающийся фейерверками, проникал в само сознание, минуя уши и слуховые каналы.

— Нет, Артур, мне нравятся велосипеды и байки, мне нравятся фабрики мороженого и фермы, мне нравится солнце, луна, сериалы про драконов и мысль, что можно вывести специальную рыбку-переводчика, которая питалась бы!.. Ну, чем-нибудь да питалась бы, да. И мне нравятся такие люди, как Триша или Форд, или тот Марвин — нет, Марвин все же больше бесит, — и я никак не могу понять, нравишься ли мне ты, окей? А когда я не могу чего-то понять, я это так не оставлю.

А.

А.

— Ты спрашиваешь, почему я без защиты лезу к банкам с токсичными отходами или почему пишу тебе про планеты в четыре утра, и ты не видишь ответа, потому что ты спокойный, потому что ты настолько земной, что мне немного страшно за тебя, так что трезвей и принимай информацию.

Артур категорически не хотел трезветь.

Ой, нет-нет.

Не-а.

— И принимай приглашение на свидание, — заключил Зафод.

Артур почувствовал, что несмотря на прохладу вокруг, лицо у него горело.

— Если прямо сейчас — то только в вытрезвитель, — нашелся он с ответом.

— Я знаю один на границе Германии и Швейцарии. Но я думал начать с чего-то классического.

Артур кивнул.

Ему всегда нравилась классика.