Actions

Work Header

Семь объятий

Work Text:

В первый раз его обняла Ё Мин Ён, порывно и крепко. Её плечи подрагивали, а голос дрожал.
– Прости меня, прости.
Джун Мун напрягся, подался назад, но женские руки оказались сильнее капканов.
– Не знаю, почему поверила этим роскозням о тебе. Такая дура. Ду-ра!
В ворот вдруг скользнула капля, и Джун Мун понял, почему она не хочет отстраняться. Амбициозная полицейская, прошедшая все стадии принятия неизбежного, – таскавшаяся с ними, чуть не подставившая под нож и спасшая в отчаянный момент. Эмоциональная отдача – меньшее, чего стоило ожидать. Но она все-таки сильная.
Джун Мун обнял её в ответ.
– Моя дочь говорила, – Гу Так откинулся на стул расслабленно, будто ничего не замечая и будто ничего не случилось вообще. Они все выглядели так. Но чтобы Гу Так начал рассказывать про дочь... Отпустил? Примирился? После мести логично. И всё-таки дико. – Человеку в день нужно семь объятий.
Джун Мун замер. Похвастаться умением наблюдать, считал он, можно и в чем-то другом. Ё Мин Ён порозовела щеками и бойко выступила.
– Объятия очень сближают. Не надо этого стесняться!
– Ага, у вас дела со словами не расходятся, капитан, – Ун Чхоль оскаблился зло и похабно. – Вы тут так психа тискали – бррр. Что там тискать, кости одни. Я бы предпочел телочек с... размерами.
Те Су незаметно убрал пальцы от бока Ун Чхоля. Джун Мун улыбнулся.
– Эй, хватит скалиться! Говорил же, совсем не идёт!
Ун Чхоль перевалился к нему и стал растягивать щеки в разные стороны. Джун Мун стоически терпел.
– Ничего он не костлявый. Обними и проверь.
– Да что я его не обнимал, что ли, пока по больничкам таскал?! Моя рука и плечо это надолго запомнят.
Издевательства над лицом пора было прекращать.
Джун Мун вцепился в чужие грубые ладони, плавно поднялся и потянул их к своей талии.
– Давай.
– Эй, псих, ты совсем сбрендил? Нехватка дела сказывается? Либидо некуда направить?
– Тс, Ун Чхоль, придурок, он учится человеческим чувствам.
Ун Чхоль заколебался. Эмоции скользили по его лицу, как волны. Он хмурился, но так привычнее и лучше кривоватой улыбки. Им всем стоило потренироваться с выражением внутреннего мира.
– Глупости какие, пусти.
Джун Мун отступил спокойно, зная – время ещё придет.

Во второй раз он обнял Гу Така. Широкая спина, грубая ткань. Алкоголь и сигареты витают на периферии – незримые неизменные спутники. Тот приподнял брови.
– Человеку в день нужно?..
– Семь объятий. Необязательно от разных людей, можно от одного. Я уточнил.
– Джун Мун, – Гу Так вздохнул, словно собирался раскрыть ребенку, что Дед Мороза не существует. – Это теория. Глупая и нелогичная.
–  В человеческих отношениях логика становится бессильной.
– Ну конечно, – Гу Так похлопал его по плечу. – Ты же у нас спец.
Он прошел мимо ссутулившись, разом пресекая возобновление темы.
Скорей всего, ему очень требовались объятия, ведь у него забрали всех, с кем получалось отвести душу. Одиночество съедало Гу Така, разрушало его. А любую пустоту следует восполнять. Но пусть тогда просит об объятиях сам. Джун Мун не умел жалеть и поблажек делать не собирался. 

Те Су наблюдал за его экспериментом – как он сам это назвал – с ленивым любопытством. Из подопытных была только Ё Ми Ён, которая скорее стала походить на затраханную, чем на счастливую. Ун Чхоль дал именно такую характеристику и двинул бровями:
– А ты и шалить умеешь, псих. Подсказать пару мест?
Но Джун Муна шлюхи не интересовали. Объятие за деньги еще хуже, чем по принуждению. Теория разваливалась на глазах. 
– Может, дело в превышении лимита? – Те Су прислонился к стенке, прямой и уверенный – то ли уйдет сразу после ответа, то ли останется.
– Там сказано: чем больше – тем сильнее эффект.
– Пха. Где там? И наверняка количество задействованных лиц берется в расчет. У тебя всего один человек с отрицательной эмоцией и всего одно объятие с положительной. И то не факт. Ты ведь уже механически обнимаешь? Так вот, что получается в сумме?
– Ноль.
Джун Муна в такой степени ошарашило простое объяснение, что он не заметил, как Те Су переместился и теперь стоял вплотную с ним. Его объятие коротко обдало теплом и запахом цветов – сколько раз он ходил на могилу и к той женщине? Неважно.
– Не замыкайся. И расширь диапозон.
На прощанье он махнул рукой, не удосужовшись объяснить, как он это себе представляет.
Джун Мун смотрел ролики, где воодушевленные люди обнимали кучу незнакомых людей, но не был уверен, что сам готов к подобному. С Те Су у него – четвертое объятие в жизни.

Пятого объятия пришлось ждать долго. Ун Чхоль ехидничал, один раз даже притащил шлюху, и почти что орал, сжимая с хрустом здоровые кулаки. Джун Мун зажмуривался, представляя, как его ударят – крови наверняка будет много, – или как прижимают к себе – он ещё помнил чувство надежности и защиты, когда почти висел на Ун Чхоле.
Только ни того, ни другого, ни третьего будущее не сулило. Они пересекались редко и на довольно пустяковых заданиях. Для них – пустяковых.
Эксперимент пришлось прервать. Ё Ми Ён, кажется, вздохнула с облегчением.
Те Су иногда хлопал по плечу – не больше – и тенью брел к той самой женщине. Как бы он не обещал себе, он не мог про неё забыть. Из головы вообще трудно выкинуть зацепившее – если ты не под препаратами. И мысль об объятиях так же свербила, даже когда они вязали очередного диллера. Стал бы он таким, получай семь объятий в день?..
– Ун Чхоль.
– Чего тебе? – он перетягивал рану на руке, держа конец бинта зубами. Злой, нервный.
Джун Мун перехватил безобразие и аккуратно забинтовал.
– Так лучше.
– Конечно лучше, балда!
– Нет. Не до конца. Надо перекусить.
Ун Чхоль косился на него с подозрением, но послушно пошел.
После еды он выглядел таким довольным жизнью, что захотелось обнять его немедленно. Джун Мун прислушился к себе. Странно. Или эксперимент, наконец, давал плоды?
– Хе, псих, да я тебе обязан! – они возвращались по малоосвещенной улице, только вдвоем. – Хочешь, поделюсь годами свободы? Хотя зачем тебе...
Джун Мун остановился.
– Хочешь – обними.
– Опять эта хреновина?! Вот черт.
Он развернулся не сразу – руки в карманах, сгорбившийся, ему ничего не стоило плюнуть и уйти. Ун Чхоль сплюнул, но тут же развернулся. Ухмылялся непонятно, пряча глаза.
– Вот ты зараза, псих.
В его объятие можно было утонуть. Или умереть, что равносильно.

На шестой раз Ун Чхоль обнял его сам. Неловко и неудобно, когда они столкнулись в дверях туалета. Совершенно подходящее место, лучше не придумаешь.
Джун Мун не мог объяснить себе, почему так счастлив.
– Мне кажется, теория требует корректив.
Слушающий его Те Су хмыкнул.
– Удачи, – он наблюдал за летящими строчками с возрастающей жадностью. Пальцы барабанили по столу частым речетативом. Когда Джун Мун глянул на него – в глазах плескалась боль и надежда. – Слушай, а если... Если я обниму её, то – она простит?
Джун Мун слабо улыбнулся.
– Поставь эксперимент.
– А ты бываешь милым. Спасибо.
Он ушел, а слово теплилось в груди.

– Капитан Ё Мин Ён, спасибо вам за всё.
– Джун Мун! Немедленно прекрати! Это что, прощание?..
– Капитан Ё Мин Ён? – в голосе Гу Така насмешка играла всеми цветами радуги.
– Командир О Гу Так, вам я признателен в особой степени.
– Даже так?
– Хватит уже отвешивать поклоны! Джун Мун! Ты в каком веке? Ты с катушек съехал?
– Нет, – Джун Мун отметил залившееся краской лицо Ё Ми Ён и почесывающего щетину Гу Така – ему это нравилось. – Просто захотелось вас поблагодарить.
– Да что происходит? Он же...
– Счастье, капитан Ё Ми Ён, это называется счастье.
– Кому тут привалило, э, чего не позвали. Псих, тебе, что ли?
– Да.
Ун Чхоль выглядел сонно, и на щеке виднелся след – от подушки или руки. События после сна воспринимаются заторможеннее, но острее.
– Оправдали? – он сказал так тихо и глухо, будто от положительного ответа минимум рухнул бы мир.
– Нет, – Джун Мун даже удивился, – эксперимент удался.
– Какой ещё?..
– С объятиями, – Те Су проскользнул незаметно, помятый и свежий одновременно. На скуле, кажется, наливался синяк, зато цветами пах одуряюще.
– Ааа, этот, – Ун Чхоль неожиданно покраснел и поспешил на выход.
Судя по дружному "угу", подмечать умели все и всё. И ладно. Джун Мун двинулся следом.
В седьмой раз он надеялся обнять Ун Чхоля со спины. Так больше шансов простоять подольше. Но у того были другие планы.
Он развернулся, зловеще стиснув кулаки и мгновенно их разжав.
– Псих... Джун Мун, тут это... А, к черту!
Ун Чхоль обхватил своими ручищами его лицо и потянул на себя.
Это было седьмое объятие и первый поцелуй.