Actions

Work Header

Зимний Солдат в Райских кущах

Chapter Text

— Стив?

— Да?

— Ты помнишь, что я вчера говорил?

Стив задумался.

— “Только не на волосы”?

Постепенно всё получилось. Баки научился, как нужно правильно расслабиться, чтобы максимально легко и приятно принять член, и как и когда прогнуться или сжаться, чтобы усилить ощущения. Стив научился, как правильно подготовить Баки, какой задать темп. Баки нравилась долгая подготовка. Даже если его не нужно было растягивать, он предпочитал, чтобы его немного поласкали там.

Когда Баки окончательно привык к проникновению, дела пошли легче. Теперь, когда двигаться в нём было посвободнее, появилась возможность поэкспериментировать с темпом, и иногда – с позой.

Один раз они попробовали позу наездника. Эксперимент был крайне неудачным: Баки и удовольствия толком не получил, потому что весь процесс пытался не раздавить Стива, да ещё и бёдра потом болели от такой нагрузки. В итоге Баки оказывался либо в коленно-локтевой, либо на спине, порой придерживая руками раздвинутые ноги – закинуть их Стиву на плечи опять же было не вариантом.

Однако кое-что Баки всё-таки смущало. И это что-то – раскладка. Нет, ему действительно нравилось быть снизу, просто… Сначала Баки просто было интересно. Однако все намёки Стив пресекал. Просто в один момент Баки пытался перекатится, оказываясь сверху, или непринуждённо скользнуть пальцами Стиву между ягодиц, а в следующий его уже драли так, что в горле перехватывало. Теперь уже дело было не в интересе. И даже не в позиции. А в том, что Стив, кажется, ему не доверял.

Они могли бы один раз поменяться, всего раз, и если бы им не понравилось – Баки бы просто пожал плечами и раздвинул ноги. Никаких обид. А вот что Баки давал раз за разом (он даже руку показал!), а на робкую молчаливую просьбу поменяться получал твёрдый отказ – вот это уже было обидно. И именно по этой причине Баки так и не решился затронуть эту щекотливую тему вслух. И как бы прекрасно он ни кончал с членом в заднице, неприятный осадок где-то глубоко внутри оставался.

В конце концов, у него тоже имелся член.

— После, — ровным тоном ответил Баки.

С тех пор, как у Баки появилась активная половая жизнь, он стал как-то поспокойнее. По крайней мере, перестал краснеть чуть что.

— Кажется… Эй, там! — крикнул он тихо хихикающей парочке, отиравшейся возле образцов эротической одежды. — Порвёте чулки, и я вас сам порву!

Посетители шарахнулись от витрины, а Стив как ни в чём ни бывало улыбнулся Баки.

— О чём ты говорил?

— Я тогда спросил, не против ли ты попробовать что-то новое?

— Забавно, я хотел поговорить о том же. Как ты смотришь на то, чтобы побриться?

Баки замер, сбитый с толку, а потом потянулся рукой к щеке. Он брился только сегодня утром, и да, он вообще-то спрашивал не об этом.

— Бери ниже, Баки, — подсказал Стив, краем глаза косясь в сторону и подглядывая за потенциальными покупателями.

Баки моргнул. Подумал. Потом снова моргнул и опустил голову, уставившись на свою ширинку.

— Ага, именно, — кивнул Стив.

Баки замер. Стив никогда раньше не упоминал, что ему мешает или не нравится растительность у него на теле. А, зная Стива, если бы так оно и было, он бы непременно сказал. Конечно, волосы в паху у Баки были, но прямые, не топорщащиеся и не такие уж длинные. Тёмные и жёсткие просто, так что были куда заметнее, чем у самого Стива. С чего вдруг…

— Я тут на пробу товар новый взял. Набор для депиляции и отбеливания ануса. Второе тебе без надобности, у тебя дырка и так розовая, а вот первое бы проверить надо.

Ну, это многое объясняло.

А проблема состояла в том, что недавно Стив завёл блог. Естественно, на тему секса и секс-игрушек.

Сначала он просто делился там знаниями о том, как выбрать смазку, или рассказывал о плюсах и минусах различных материалов, из которых сделаны игрушки.

А потом решил ввести рубрику “эксперименты”. И если с презервативами и смазками он в основном справлялся сам, то тестирование разнообразных анальных приблуд выпало на долю Баки.

Не то чтобы Баки был против опробовать новые игрушки (вообще-то, он был целиком и полностью за). Это действительно вносило в сексуальную жизнь прекрасное разнообразие. Не говоря уже об интересных открытиях. Вот, казалось бы, зачем съедобная смазка при оральном сексе? Ведь есть же слюна. Так Баки давно не ошибался. Потому что минет, при котором вкус кожи дополняли лёгкие кисло-сладкие нотки зелёного яблока… в общем Баки, кхм, слегка подсел. Настолько, что почти поборол рвотный рефлекс.

А ещё, как оказалось, вибростимулятор-осьминог для клитора охренительно заходил для стимуляции сосков и головки члена. И всего тела, в общем-то.

Суть в том, что Баки не возражал.

Просто его слегка подбешивало (и смущало), когда Стив лез к нему сразу после оргазма и требовал описать свои впечатления. Потому что Баки был способен только отрубиться. Максимум — что-то нечленораздельно восторженно промычать.

— А что мне за это будет? — напрямую спросил Баки.

— Минет, — сразу предложил Стив.

— Два минета!

— Хорошо, два. Но я буду наблюдать за процессом.

Баки протянул руку, и они на полном серьёзе скрепили уговор рукопожатием.

— После работы?

— После работы.

Родители привыкли, что в дни “доставки” или “ревизий” Баки оставался ночевать у Стива, потому что заканчивал порой заполночь. У Стива теперь на постоянной основе имелись запасная зубная щётка и бритва для Баки, кое-что из одежды и кофе в шкафу к завтраку. В некоторые дни они просто отвисали вдвоём, смотрели кино, валялись в обнимку и спали вместе. В смысле, просто спали. Рядом со Стивом Баки меньше мучали кошмары, он спал глубже и спокойнее. Иногда он оставался, чтобы принять участие в очередном тестдрайве продукции, и тогда они точно занимались сексом, потому что разве не в этом был смысл всего? Ещё иногда Стив рисовал Баки, пастелью, цветными карандашами, углём, и рисунки с натуры получались даже лучше, чем по памяти.

В Нью-Йорке наступила осень, хотя сентябрь оказался тёплым и сухим. Но в октябре стало холодать, пошли дожди, и настроение Баки ухудшилось. Немного разнообразия пришлось бы очень кстати, даже если это было всего лишь удаление волос в интимных областях тела. Поэтому он не стал дальше сопротивляться, а послал маме смс-ку, что ночевать не придёт.

***

Тюбик был большой, а на нём красовался мужской торс без единого волоска, мускулистый и загорелый. Баки открутил крышку и осторожно понюхал содержимое.

— Воняет, — пожаловался он Стиву, который топтался за дверью ванной.

При всей их близости выводить волосы у него на глазах Баки отказался наотрез. Поэтому сейчас он торчал в ванной, а Стив нетерпеливо расхаживал в коридоре. Непрямое наблюдение, так сказать.

— Ты его ненадолго наносишь, — донеслось из-за двери. — На коробке написано, что он с приятным ненавязчивым ароматом.

— Ну, не знаю, — скептически протянул Баки.

— Мажь давай, — скомандовал Стив. — Толстым слоем, везде. И между ягодиц тоже.

— А туда-то зачем? — Почему-то на такое Баки не рассчитывал.

— Там у тебя тоже волосы.

Баки наморщил нос и показал двери язык. Если Стив не видит, то можно. Потом выдавил на правую руку толстую колбаску густого крема и ляпнул его себе на лобок.

— Ай! — вскрикнул он, не удержавшись.

— Что? — сразу же отозвался Стив.

— Холодный, з-зараза, — ответил Баки, размазывая крем по волосам.

И, как оказалось, по коже. И на член тоже попало. Потом он мазнул между ягодиц. В общем, у него ушло примерно три четверти немаленького такого тюбика. Холода он больше не ощущал, наоборот, кожу начало слегка пощипывать.

— Стив, я намазал, — сообщил он, откладывая крем в сторону. — Время заметь.

— Угу, — отозвался Стив. — Десять минут.

Баки кивнул, не сразу вспомнив, что Стив его видеть не может.

— Хорошо, — подтвердил он.

Лёгкое пощипывание сменилось лёгким жжением, которое довольно быстро стало нарастать. Особенно под мошонкой и между ягодиц, где кожа была тонкая и чувствительная. Настолько, что Баки начало казаться, что её натерли сначала песком, а потом посыпали перцем или плеснули кипятком.

— Стив, — дрожащим голосом позвал он, — жжётся.

— Потерпи, — отозвался Стив, — на коробке написано, что возможно лёгкое жжение или покалывание.

— Стив, — не унимался Баки, — оно не лёгкое. Стив! Сука, у меня всё горит между ног!

Стив рванул дверь, которую Баки предварительно запер. Просто по привычке. Баки заметался по тесной ванне, роняя мыло, полотенца и натыкаясь то на унитаз, то на ванну.

— Стиииив! — заорал он. — Стив, это ебать как больно!

Он даже не сообразил, что можно попросту попытаться смыть крем, и бестолково принялся стирать его туалетной бумагой, размазывая по коже ещё сильнее. Похоже, Стив действительно переживал, потому что Баки услышал удар, потом ещё один, и слабенький шпингалет выскочил из косяка. Дверь распахнулась, в ванную ввалился Стив, придерживавший плечо. Он одним взглядом охватил страдальчески искривлённое лицо Баки, кучу комков бумаги с остатками крема и прилипшими к нему волосами в раковине и покрасневшую воспалённую кожу у него в паху.

— В душ, — скомандовал Стив, и, подвывая, Баки занёс над бортиком ногу.

— Ой-ёй, — взвыл он, — больно! Стиви, больно! Почему так горит?

Стив — и откуда силы взялись — подтолкнул Баки, да и тот, наконец, взял себя в руки, перебрался в ванну и схватил лейку. Стив повернул кран, и Баки снова заорал: сначала потекла холодная вода, потом она резко сменилась слишком горячей. Он отодвинул лейку, отворачивая её от себя, и с ног до головы облил Стива, который тоже заорал, попытался отпрыгнуть, но поскользнулся на мокром полу и упал, сорвав по пути занавеску для душа, за которую попытался уцепиться.

— Стив! — уже испуганно заорал Баки, явно намереваясь кинуться на помощь.

— Яйца свои помой, — прохрипел с пола Стив, пытавшийся понять, сломал он позвоночник или просто крепко приложился спиной о кафель. — Убавь температуру и смой всё как следует. Я в порядке.

Баки внял голосу разума, даже если тот был слаб и доносился почти из-под ванны, отрегулировал воду и принялся тщательно отмывать кожу от остатков крема. Тот жирными ошметками падал на дно ванны, растворялся в теплой воде, а волосы безнадежно цеплялись за решетку слива, забивая его.

Кожу всё ещё жгло. Как ни пытался Баки быть осторожным, больно было по-прежнему. Особенно плохо дело обстояло с задницей, немного крема попало в задний проход, и теперь там нестерпимо пекло и щипало. Мышцы инстинктивно сжимались, так что Баки даже палец не мог в себя засунуть, чтобы промыть изнутри. Кряхтя и охая, Стив поднялся на ноги. Посмотрел на мучения Баки и скомандовал:

— Дай сюда шланг и вставай на колени.

Баки был ему благодарен за любую помощь. Вот в этот самый момент он совершенно позабыл, что идея с кремом принадлежала Стиву. Так плохо и больно ему не было с тех пор, как он однажды плеснул себе на ногу расплавленным гудроном, но нога — это, всё-таки, не самое чувствительное место организма.

Стив сделал воду ещё прохладнее, вылил Баки на ягодицы немного геля для душа и принялся осторожно смывать им крем. Даже не видя кожу под пеной, он чувствовал, какая она горячая, припухшая и воспалённая на ощупь. Баки расслабился слегка и стоял, отклячив зад и максимально раздвинув ноги на ширину ванны. Наконец Стив закончил.

Одно можно было сказать в защиту крема: волосы он удалил качественно все до единого, но Стив пока воздержался от хвалебных комментариев. Ему пришлось сходить за сухим полотенцем, подвесив душ предварительно таким образом, чтобы вода лилась Баки ровнёхонько между ягодиц. Потом, выключив её, он накинул полотенце Баки на спину. Тот зашипел.

— Я чуть-чуть, — пообещал Стив, — легонечко.

Он осторожно промокнул воду и сглотнул. Выглядело так, словно Баки окатили крутым кипятком, только пузырей не хватало. Он придержал полотенце, когда Баки выбрался из ванны, и проводил его в комнату. Потом постелил полотенце на кровать.

— Я сейчас приду, — пообещал Стив. — Уберу там всё и приду.

Баки кивнул. Стив направился в ванную вытирать пол, убирать бардак и выкидывать комки туалетной бумаги. Но минуту спустя Баки прошлёпал босыми ногами в кухню. Стив, занятый тем, что собирал воду с пола, не сразу пошёл за ним. А стоило бы.

Потому что в кухне Баки нашёлся сидящим на полу с нижней частью живота, засыпанной замороженной фасолью.

— Баки, это же еда, — упрекнул его Стив.

— Да пофиг, — обречённо махнул рукой Баки. — Жжётся.

— Иди в кровать, сейчас я принесу что-нибудь, — попросил Стив.

Баки встал. Фасоль посыпалась с него на пол. Он направился в комнату нараскоряку, держа ноги как можно более широко расставленными. Между ягодиц застрял особенно длинный стручок, покрытый инеем.

Стив залез в морозилку, нашёл зелёный горошек и пошёл следом. Там он заставил Баки лечь на спину и щедро засыпал ему пах половиной килограмма свежего зелёного горошка. Баки замер, сберегая холод.

— Думаю, в блоге стоит дать этому дерьму негативную оценку, — сказал ему Стив, подходя к шкафу и принимаясь стаскивать с себя мокрую одежду. — Или ты другого мнения?

— Если ты напишешь хоть одно хорошее слово об этом химическом оружии локального действия, я хакну твой блог и запощу туда твоё фото без трусов и с текущими изо рта слюнями!

Стив замер, держа в руках сухие трусы и медленно обернулся.

— У тебя нет такого фото, — не слишком уверенно заявил он.

Раздался щелчок и с торжествующим “ха!” Баки сунул телефон под подушку.

— Теперь есть, — нагло заявил он. — А слюни я в фотошопе подрисую.

Стив торопливо натянул трусы.

— Не надо, — сказал он.

— Я сам отредактирую твою статью, — мрачно отозвался на это Баки. — Мой член выглядит как переваренная сосиска с гарниром из гороха, — вдруг резко сменил он тему.

Стив подошёл поближе и принялся собирать уже начавшие размораживаться горошинки. Баки дёргался и порой ругался сквозь зубы. Выкинув испорченный продукт в мусор, Стив вернулся в комнату.

— Может, кино посмотрим? — предложил он Баки.

— Только не “Бриолин”, — сразу отозвался тот.

— “Лихорадку субботнего вечера”? — невинно поинтересовался Стив.

Баки рыкнул. Стив кивнул:

— Понял, Траволта отменяется. Как насчёт Патрика Суэйзи? “Грязные танцы” или “Привидение”.

— Стив Роджерс, проследуй в ад, — отозвался Баки. — Давай лучше “Форсаж”.

***

— Сти-ив, — застонал посреди ночи Баки. — Ты ещё ту смазку не выкинул?

Смазка, о которой он говорил, до фиаско с кремом для депиляции была одним из худших их экспериментов. Производитель обещал небольшой охлаждающий эффект. Небольшой, ага. Для пыток холодом разве что. От неё леденело и атрофировалось просто всё. Но Баки был готов уже на что угодно, лишь бы чёртово жжение в интимных местах прекратилось. Хоть дать снеговику-извращенцу. Разумеется, с согласия Стива.

Вечером они намазали пострадавшие части толстым слоем “Нивеи”, которую отыскал Стив. Разглядывая свой живот, Баки хмуро пробурчал:

— Забинтовать, намазать йодом…

— Йодом-то зачем? — удивился Стив, растиравший остатки крема по рукам.

— Это старый анекдот про то, как уберечься от СПИДа, — ответил Баки. — Надеть презерватив, намазать йодом, надеть ещё один презерватив, забинтовать, наложить гипс… И никакого секса!

— Прости… — повинился Стив. — Если бы я знал…

Баки обиженно отвернулся. К сожалению, повернуться к Стиву спиной он не мог, он лежал на спине, раздвинув согнутые в коленях ноги, а под задницей было сложенное полотенце, чтобы простыню не пачкал. И повсюду был этот мерзкий жирный крем.

Однако ночью крем постепенно впитался, частично в Баки, а частично в одеяло и полотенце, и жжение вернулось. Баки терпел поначалу, но в конце концов не выдержал и попросил у Стива помощи.

Тот трижды мазал его этой стрёмной охлаждающей смазкой, и Баки мучился попеременно то от зуда и жжения, то от холода на южном полюсе своего тела.

К утру, правда, отёк и краснота почти исчезли, хотя кое-где на коже оставались следы, похожие на ссадины. Баки осторожно подмылся, смывая слои всего, что они втирали в кожу ночью, намазался кремом для рук с алоэ и натянул трусы, прислушиваясь к ощущениям. Те были не фонтан, но терпимыми. Он вздохнул. Так просто прощать Стива он не собирался, хотя тот явно из кожи вон лез, чтобы изобразить, как ему жаль. Из кухни тянуло сладковатым запахом выпечки: похоже, Стив готовил даже не блины, а вафли.

***

После выведения волос кожа, к счастью, довольно быстро восстановилась. Но Баки злило, что он так и не смог проверить, так ли хорош минет после депиляции, а сейчас волосы уже начали отрастать, и между ног у него противно зудело. Всё это вкупе с обидой на Стива, который старательно извинялся действиями, но так и не сказал: “Прости, Баки, идея была дурацкой, реализация и того хуже, и вообще, давай ты меня трахнешь в качестве компенсации, и мы забудем”, вело к тому, что Баки бесился и пребывал в отвратительном настроении.

Баки полез в кухонный шкафчик за кружкой, излишне громко хлопнув дверцей. Грёбаный Стив и его грёбаный блог!..

Бекка пару минут скептически наблюдала, как он раздражённо гремит посудой.

— У тебя в вибраторе батарейки сдохли, что ли? — вдруг, закатив глаза, спросила она.

— У него, между прочим, встроенный аккумулятор. — Баки резко закрыл рот, но было уже поздно.

Блядь. Вот ещё Бекки с её энтузиазмом ему не хватало.

— Ух ты, так он у тебя всё-таки есть! Покажешь?

— Нет.

— Ну, Баки.

— Не буду я тебе свой вибратор показывать, господи. Отвали.

Конечно, Баки регулярно занимался сексом, но такая штука как хороший вибратор лишней определённо не была. Баки куда лучше и спокойнее засыпал, если перед сном расслаблял себя оргазмом и наполнял мышцы приятным мягким теплом. И ему нравилось по новому изучать собственное тело и учиться жить с ним в гармонии. Но делиться новоприобретёнными навыками с младшей сестрой он не собирался.

***

Баки стоял возле кассовой стойки, демонстративно полируя дилдо из блестящего чёрного стекла. На Стива, с которым не разговаривал с момента инцидента с кремом четыре дня назад, он внимания не обращал.

Сегодня волосы у Баки были распущены (ему с трудом удавалось контролировать порывы бесконечно поправлять непривычно свисающие вдоль щёк длинные пряди), а поверх довольно обтягивающей белой футболки с длинными рукавами была надета чёрная кожаная портупея с блестящими в свете ламп серебряными пряжками. Хэллоуин, чёрт бы его побрал.

Настроение было особенно паршивым последние два дня. Ссора явно не шла ему на пользу.

Мало того, вчера перед самым закрытием какой-то чувак спросил у них порно с насекомыми. И да, на заметку: гуглить это перед сном было очень плохой идеей. Из-за этого порно у Баки всё настолько упало, что он даже подрочить не смог. А потом всю ночь ему снились вылупляющиеся личинки, толстые белые черви и прочая подобная гадость. Так что на работу Баки явился мало того, что грустный и недотраханный, так ещё и невыспавшийся.

Не сдержавшись, Баки всё же заправил раскачивающуюся перед глазами прядь волос за ухо. В какой-то мере он не стал забирать их в хвост назло Стиву. У того был небольшой фетиш на его волосы. Он любил тянуть за них во время секса, а после — поглаживать и пропускать сквозь пальцы.

Стив купил несколько тыкв и теперь надевал на них кожаные сбруи и бельё, готовя декорации. Выглядело странно и, надо признаться, оригинально.

Однако Баки не собирался ему об этом говорить. Он развернулся и направился в другой угол, когда звякнул колокольчик у двери.

На самом деле даже по звуку колокольчика можно было примерно представить себе, как настроен клиент. Те, кто приходили в первый раз или не были уверены, что это тот самый магазин, который им нужен, открывали дверь осторожно, медленно, и колокольчик издавал негромкое треньканье. Постоянные клиенты дверь распахивали уверенней, и колокольчик издавал звонкую радостную трель, приветствуя их. И ещё бывали те, кто чуть не срывал дверь с петель, и тогда колокольчик дребезжал, словно ему сделали больно.

Сейчас был именно тот случай.

Клиентка, вошедшая в магазин, была ухоженной, довольно дорого одетой и очень, очень недовольной. Баки хоть и научился уже справляться с разными мудаками, внутренне напрягся, потому что любить конфликты он так и не начал. Стив оставил тыкву и встал за стойку, демонстрируя профессионализм и стойкость. Дойдя до стойки, громко впечатывая каблуки в пол, женщина сунула руку в пакет (Баки напрягся, ему показалось, та сейчас выхватит оружие или гранату без чеки, и его мозг завопил “бросай всё и беги!”), но вместо пистолета клиентка выхватила большой реалистичный дилдо на присоске и швырнула его на стеклянную витрину, чуть не разбив её. Стив подхватил изделие и вопросительно посмотрел на владелицу.

— Я купила это здесь, — возмущённо выплюнула та. — Но оно не работает!

Баки задумался, что в этой модели может не работать. Там даже встроенного мотора нет. Просто член, мошонка для красоты в качестве стоппера и присоска снизу. Присобачил на поверхность и вперёд.

— Мэм, а поподробнее? — спокойно отреагировал Стив.

— Он не держится! Он должен стоять, на присоске, но он постоянно падает!

Стив повертел дилдо в руках, внимательно осмотрел основание, поудобнее перехватил его за член и, слегка размахнувшись, припечатал к витрине. Потом потянул, сначала слегка, потом в полную силу. Как этому дилдо и полагалось, тот стоял как влитой, покачиваясь, но присоска держала крепко. Стив подцепил её сбоку пальцем, и член опять оказался у него в руке.

— Не вижу причин для беспокойства, — ответил он.

— А на полу не стоит! — возразила клиентка.

Стив вышел из-за стойки в проход, опустился на колени и прилепил дилдо к плиткам на полу. Тот стоял и не падал. Стив даже как следует за него подёргал, изгибая в разные стороны. Потом, видимо для чистоты эксперимента, он прилепил его на стену стойки. Но и в горизонтальном положении член держался прекрасно.

— Мэм, я не вижу проблемы.

— Он не держится! — продолжала настаивать клиентка. — Я пробовала на полу и на диване, он падает!

— На диване он не будет держаться из-за того, что основа мягкая. Для этого дилдо нужда твёрдая гладкая поверхность.

— Пол твёрдый!

— А какое у вас покрытие? Ламинат или линолеум в местах стыков порой…

— У меня везде ковровое покрытие! — заявила клиентка. — Очень качественное! И приятное на ощупь.

Баки легонько фыркнул, но его, к счастью, не услышали.

— Не сомневаюсь, — отозвался Стив. — Однако для игр с дилдо на присоске ни диван, ни ковровое покрытие не подходят. На упаковке так и было указано. Для него необходима гладкая ровная поверхность.

— Тогда замените его! — безапелляционно заявила клиентка. — Дайте тот, который будет держаться!

— Мэм, он держится, — возразил Стив. — Вот, пожалуйста. — Он вновь обошёл стойку и без труда прилепил дилдо к полу прямо у туфель женщины. — Тестировать будете? Могу дать вам пробник смазки.

Баки хрюкнул и зажал рот ладонью. К счастью, в пылу спора его опять не услышали.

— Вы продали мне сломанный товар! — наклонившись вперёд, агрессивно заявила клиентка.

— Мэм, тут нечему ломаться, — терпеливо, но явно начиная уже закипать, отозвался Стив. — Найдите дома подходящую поверхность и пользуйтесь в своё удовольствие. Проблема не в игрушке, проблема в ковролине.

— Я хочу обменять его!

— Он распакован.

— И что?

— Из гигиенических соображений распакованный товар обмену не подлежит. Тем более уже побывавший в чьём-то владении. Вы бы купили игрушку, которой кто-то уже попользовался?

Поняв, что Стив сдаваться не собирается, женщина наклонилась и попыталась поднять дилдо с пола, но присоска держала крепко. Она дёргала его туда-сюда, но тот никак не желал отцепляться.

— Надо сбоку подцепить краешек, — подсказал он, — мэм.

Клиентка послушалась. Подцепив край, она, наконец, оторвала дилдо и швырнула его обратно в пакет.

— Вы должны предупреждать о таких ограничениях! — раздражённо бросила она. — Возмутительно!

— И вам хорошего дня, мэм, — ответил Стив, улыбаясь косой напряжённой улыбкой.

Она сползла у него с лица, когда дверь захлопнулась.

— Идиотка, — прокомментировал он.

— А если бы протестировала? — спросил вдруг Баки.

— Что? — от неожиданности Стив развернулся слишком резко и смахнул отложенную для тыквы сбрую на пол.

— Ну, если бы она взяла и решила проверить прямо здесь, держится или нет.

Стив пожал плечами и наклонился за сбруей.

— Подумаешь, — донеслось из-за стойки, — хоть посмотреть было бы на что. — Он выпрямился и швырнул сбрую обратно на стойку. — Пойду чайник поставлю, последи пока, — сказал он и отправился в подсобку.

Баки остался в торговом зале один. Он отнёс отполированный дилдо к полке, украшенной гирляндой из тыквочек, и поставил его там среди разноцветных декоративных листьев. Потом побрёл к стойке.

Настроение было паршивым. Он не хотел себе признаваться, но он скучал по Стиву. И сейчас причина обиды казалась ему мелкой и неважной. Ну, точнее важной, точнее, то, как повёл себя Стив потом… А как он себя повёл? Заботился о Баки лучше родной матери, мазал кремами и смазками, напёк ему вафель наутро и написал разгромную статью в блоге. Но Баки злило, что Стив так ничего и не сказал ему лично. А коммуникация, научился Баки на психотерапии, залог любых здоровых отношений. И он желал здоровых отношений, насколько это возможно. То есть надо было пойти и поговорить со Стивом. Пока никого в магазине нет, вот прямо сейчас.

Баки вошёл в подсобку и свернул за полку. Стив стоял к нему спиной, опершись руками о столик, на котором закипал электрочайник. Тут же стояла кружка с свисавшей с края веревочкой от пакетика и ингалятор.

Баки сделал ещё пару шагов.

— Стив, нам надо поговорить, — заявил он.

Стив вздрогнул. Похоже, он не услышал Баки и не ожидал его.

— Вот прямо сейчас? — хрипловато спросил Стив.

— Да. Так дальше не может продолжаться. — Не упивайся Баки собственными переживаниями, он бы заметил, что Стив сжался, втянул голову в плечи и крепче вцепился в край стола. Но потом заставил себя обернуться к Баки лицом. — Я не могу постоянно молчать. Поэтому я скажу прямо…

Стив вскинул голову. На его лице было написано, что он боится услышать слова Баки, до чёртиков боится, но старается не показать.

— ...я хочу, чтобы ты признал, что идея с этим кремом была дурацкой. Что ты заставил меня намазаться им, и у меня чуть член не отвалился, и я уже третий день не могу подрочить нормально, потому что сначала крем, а потом этот дурацкий клиент со своим порно про насекомых, и я погуглил, и мне всю ночь снились кошмары, и…

— Извини, — твёрдо произнёс Стив. — Прости, что втянул тебя в этот тест, Баки. Мне стоило начать самому. Дурацкая была идея. Ещё что?

Если честно, на такую быструю капитуляцию Баки не рассчитывал. С Бекки они вечно спорили до хрипоты, выясняя, кто же виноват, и добивались извинений друг от друга долгим измором, и именно к такому Баки и был готов. Он просто хотел, наконец, донести до Стива мысль… А тот взял и извинился.

Баки шагнул к нему ещё ближе. Стив смотрел на него напряжённо.

— Срок увольнения две недели, — сообщил он. — И я заставлю отработать тебя всё до последней секун…

Баки применил запрещённый, но от того очень действенный приём. Обнял Стива и уткнулся ему в макушку. Шампунь у Стива, похоже, был с ароматом дыни. И Баки вдруг наполнило такое спокойствие, такое счастье… Что всё просто раз — и получилось. И Стив оказался куда меньшей занозой в заднице, чем Баки ожидал. Хотя неплохо было бы, окажись тот в заднице Баки… Твою мать, в Роджерсе полтора метра роста, и он пахнет дыней. Это ж как с единорогом ругаться. Ладно, подумаешь, крем. Заживёт всё. И волосы отрастут. Хотя, признаться, Баки вроде как понравилось ощущение голой кожи. Поначалу. Пока не начало колоться.

Стив, в начале твёрдый и угловатый, наконец обмяк и уткнулся Баки в грудь, ровно над перекрещивающимися ремнями дешёвой сбруи из кожзаменителя. И вздохнул, глубоко, полной грудью. Словно с него, наконец, гранитная плита упала.

Примирение можно было считать состоявшимся. И Стив всё же неплохо поработал над украшением магазина, так что так или иначе заработал отличный отсос от него сегодня вечером. Не потому, что Баки ему что-то должен, а потому, что хочется.

С другой стороны, почему вечером… внешний вид Стива возбуждал в нём тёмные и довольно развратные порывы. Правда, сейчас Баки видел только его макушку, но если отодвинуть Стива на пару сантиметров… и ещё на пару… Стив цеплялся за него, но Баки был упорнее. Он потянул его за пояс. Интересно, это только шампунь, или шампунь и гель для душа в одном? «Нюхнуть дыни» Баки не отказался бы.

— Баки, что ты делаешь? — явно приходя в себя начал Стив.

— Проверяю, всё ли на месте и не потерялось ли что в последние дни.

— Наша выручка в опасности… — слабо запротестовал Стив.

— Мой секс в опасности, вот единственное, что важно.

Оставив Стива, Баки коротко глянул в пустой торговый зал, потом прикрыл дверь, оставив едва заметную щель, и плавно опустился на колени прямо перед ним. Расстегнул ремень, потом пуговицу, потянул “молнию” вниз и позволил слишком свободным брюкам упасть. Стянул бельё и понюхал светлую поросль у Стива внизу живота. Однозначно шампунь и гель в одном. Если, конечно, Стив не моет шампунем между ног. Где-то над ним Стив судорожно вздохнул.

— Но ты мне всё равно остаёшься должен два качественных минета за всё. И римминг, — заявил Баки, запрокинув голову.

Стив, задницей опиравшийся на стол, сделал каменное лицо. Но даже с пола Баки видел, что в глазах у него плясали чёртики.

— О римминге речи не было, — для вида принялся сопротивляться Стив. Однако его ладонь, тут же зарывшаяся в волосы у Баки на затылке, противоречила словам.

Он порозовел и выглядел внезапно счастливым. Бизнесмен херов.

— У меня ещё куча дел в зале. — Баки сделал такое движение, будто собрался подняться на ноги.

— Это грязное вымогательство, — пожаловался в пространство Стив. — Будут тебе римминг и два минета. Дома. Где никто не войдёт каждую минуту.

Баки удовлетворённо кивнул. И лизнул член Стива.

***

После минета в подсобке настроение у Баки взлетело до небес, хотя рационально объяснить это было невозможно: это же Стив кончил и заработал дофамин, серотонин и что там ещё выделяется в мозгах во время оргазма? Баки вернулся в торговый зал, прихватив коробку смазки и, насвистывая, принялся расставлять её на полках. Он сам кидался к каждому клиенту и рассказывал о каждом девайсе так увлечённо, что продал процентов на пятьдесят больше, чем обычно. Перед закрытием к нему подошёл Стив.

— Ты домой? — спросил он, вертя в руках какую-то коробку.

— Угу, — отозвался Баки, — к тебе.

Стив мельком улыбнулся и сунул коробку Баки в руки.

— Тогда положи к себе в рюкзак. Надо по дороге в магазин зайти, еды совсем не осталось.

Баки посмотрел на коробку: упаковка была нейтральная до ужаса, прикрытая чёрным однотонным чехлом. Он железной рукой стиснул своё любопытство и положил пока коробку под прилавок. И чуть не забыл, пришлось перед закрытием бежать в темноте и искать на ощупь.

Они ни разу ещё не ходили в магазин вместе. И, если честно, Баки понравилось. Он толкал тележку, Стив складывал в неё продукты, Баки порой добавлял что-то на свой вкус… Было поздно, магазин был пуст, продавец с раскрашенным под череп лицом дремал у кассы. У одной из полок, над которой не висело камеры и которая не просматривалась из зеркала над кассой Баки поймал Стива за руку, притянул к себе и поцеловал. Стив дёрнулся, ответил на поцелуй, но быстро отодвинулся.

— Ты что? — возмутился он.

— Что? — Баки сделал удивлённое лицо. — Целую своего парня. Нельзя?

— На людях?

— В укромном уголке. Расслабься, Стиви, это же Нью-Йорк, тут все толерантны до скрежета зубовного. Особенно если мы готовимся потратить деньги.

Стив покачал головой, не одобряя, но Баки наплевал на это и поцеловал его ещё раз. И Стив сдался. Перед кассой он стоял с пламенеющими ушами и слегка вздрогнул, когда продавец пожелал им “ужасной фантастической ночи”. Баки рассмеялся.

— Он про Хэллоуин, сопляк, — сказал он.

— Сам ты… придурок, — отозвался Стив.

Они пихались на лестнице, пока тащили пакеты с покупками, и только то, что на часах было уже за полночь удерживало их от громкого хохота. Дома (внутри Баки звал квартиру Стива “домом”, хотя ни за что не признался бы в этом) он отправился в душ смывать трудовой день, а Стив занялся покупками. Потом они поменялись: Баки готовил бутерброды, а Стив мылся. Ели они прямо в кровати, поставив поднос между собой. Потом стряхивали крошки. Потом целовались. Потом Стив вспомнил про коробку, и Баки достал её из рюкзака.

Внутри оказалась штука голубого цвета, в форме чуть вытянутой подковы, концы которой слегка изгибались, почти соединяясь друг с другом. Баки взял агрегат в руку. Он легко лёг в ладонь, бархатистый силикон был невероятно приятным на ощупь, однако Баки понятия не имел, для чего эта штука нужна. Разве что мог сделать вывод, что, судя по кнопкам в середине, она могла вибрировать.

Стив, однако, казался взбудораженным.

— Это многофункциональный стимулятор. Давно хотел его достать.

— И для чего он?

— Практически для чего угодно. Можно использовать в качестве кольца на член, мастурбатора, стимулятора промежности, массажера для сосков… Всё, что в голову придёт, — протараторил Стив, а потом добавил. — Считай это подарком. За промах с кремом. — Видимо, на лице Баки всё ещё было сомнение, потому что Стив добавил: — А ещё есть смазка с ароматом розового лимонада.

Ладно, с таким аргументом Баки спорить не мог. Потому что эта смазка пока была в числе его самых любимых. Идеально густая, не водянистая и с потрясающим, насыщенным, но ненавязчивым запахом. Не была бы ещё такой дорогой, зараза.

Ну, в конце концов, эта штука, чем бы она ни была, могла вибрировать. С вибрацией всё становится лучше.

Да и секса, если честно, очень хотелось.

Баки заметил рядом со стимулятором крошечную красную баночку, которую Стив выложил вместе с лубрикантом. На смазку было не похоже. Тем более, что та стояла рядом — знакомый чёрный флакон с изображением розового коктейльного бокала.

— Это что? — поинтересовался он у Стива.

— Гель для сосков, — мимолётно кинул тот.

Баки это ничего не говорило. Подозрительность усилилась. Он теперь не доверял никаким новым средствам, которые следовало наносить на кожу.

— Гипоаллергенный, не жжёт, не остужает, только слегка. Я на себе проверил. Кроме того, его можно облизывать.

Стив взял баночку, открутил крышку и набрал немного геля на указательный палец. Потом медленно нанёс его на свои бледно-розовые соски и ареолы. Буквально на глазах те начали подтягиваться, соски увеличились, ареолы, наоборот, стянулись, став намного меньше в диаметре.

— Видишь? — Стив посмотрел на Баки. — Немного холодит, как ментоловая мазь. Попробуешь?

Всё ещё не слишком уверенный, Баки кивнул. Стив сам аккуратно намазал ему соски лёгким прохладным гелем, а потом демонстративно облизал палец. Баки ощутил, как его соски тоже напрягаются. Стив осторожно провёл по ним большими пальцами, слегка помассировал и даже царапнул. У Баки возникло ощущение, что ему между ног молния ударила, такой чувствительной вдруг стала его грудь.

Стив потянулся стимулятором к его груди, явно планируя зацепить его концами сосок Баки, будто пинцетом. Баки дёрнулся в сторону. Кто знает, на что эта хрень способна.

— На себе пробуй.

— У кого из нас чувствительные соски? — резонно заметил Стив. Стоило признать, что он прав. У Стива чувствительность груди была нулевой. Да и в общем и целом — куда ниже, чем у Баки. — Ладно, давай начнём с чего попроще, — сдался Стив, откладывая в сторону стимулятор. — Кажется, я тебе кое-что должен.

Он слегка толкнул Баки, понукая лечь на спину и раздвинуть ноги.

— Ух ты, — услышал тот.

— Что? — Подняв голову, он увидел, как Стив рассматривает его промежность, и от одного взгляда у Баки начал вставать.

— Тут всё такое… всё так видно. Такое открытое…

Стив наклонился и лизнул длинно и мокро между ягодиц и выше, по всему шву, до основания члена и потом до самой головки, которую он вобрал в рот и с видимым удовольствием пососал. Потом вновь скользнул ниже, щекоча губами, потеребил кожу на мошонке, чуть прикусывая, и сосредоточился на вот уже четвёртый день изнывавшей от одиночества дырке. Баки застонал и откинулся на кровати, не забывая придерживать себя под коленями. Стив шумно выдыхал и чмокал, безо всякого стыда лаская Баки языком, вылизывая его, тараня вход кончиком и время от времени жадно целуя то в бедро, то в ягодицу. Баки сам потянулся к груди и, несмотря на то, что мозг его был занят обработкой череды самых невероятных ощущений, удивился, какой твёрдый у него сосок — будто вишнёвая косточка. Его хотелось перекатывать между пальцами, играть с ним, сделать что-нибудь… В этот момент прямо в член ему ударило нежной и быстрой вибрацией, так что он дёрнулся в сторону.

Стив таки достал голубую штуку, незаметно включил её и приложил к уздечке. И, надо признать, это было охуенно. Стив осторожно провёл рожками девайса по стволу Баки сначала вниз, потом вверх, а потом растянул их и надел ему эту штуку как кольцо на основание члена. А потом вернулся к заднице. Вот тут Баки и вспомнил, как выглядят звёздочки перед глазами, потому что сочетание вибрации и языка… Это было небесно, другого слова не было, невероятно, чудесно, сказочно, просто райское наслаждение, “Баунти”, “Марс” и “Сникерс” тактильных ощущений в одном… Баки почти кончил, когда Стив оторвался от его задницы и выключил вибратор. Баки аж вскрикнул от разочарования.

— Повернись, — скомандовал Стив и убрал вибратор.

Двигаться не хотелось, но, наверное, Стив знал, о чём просил. И действительно, на задницу полилась смазка, потом пальцы Стива погладили распалённую чувствительную расселину, и один мягко скользнул внутрь. Баки уткнулся в сцепленные руки лбом. Ему было хорошо, внутри начало нарастать напряжение, которое, однако, пока ещё было слишком слабым для разрядки. Ему не хватало стимуляции. И тут Стив приложил рожки вибратора к промежности Баки, в том самом месте, где располагалась простата, которую он сейчас осторожно поглаживал двумя пальцами. Баки отозвался почти криком, вибрация была достаточно сильной, чтобы он ощутил её внутри, ноги сами по себе поехали в стороны, и он попытался потереться членом о простыню. А Стив, стервец эдакий, ещё и лизнул вокруг входа, пощекотал кончиком языка. Баки издавал совсем уже неприличные звуки, но просто не мог их в себе удержать. Он опять, вот опять почти кончил, и Стив снова убрал вибратор и вытащил пальцы. Баки захныкал в подушку.

— Тш-ш, — негромко сказал Стив, вытягиваясь и накрывая его своим телом. — Как ты хочешь? — вкрадчиво шепнул он Баки на ухо.

Баки замер, раздумывая. После долгой прелюдии и новых, необычных ощущений на быструю разрядку не тянуло. Вот вроде бы скучал он по оргазмам, а сейчас ему хотелось медленных, плавных толчков, позволяющих сосредоточиться на самой близости, а не на достижении результата.

Он не хотел трахаться. Он хотел заняться любовью. Баки заёрзал и ухитрился развернуться на спину. Так он мог наконец поцеловать Стива и притянуть к себе поближе.

— Медленно, — шепнул он, неторопливо целуя Стива под ухом, прикусил мочку и слегка сжал его бёдра коленями.

Стив сдвинулся, удобнее устраиваясь между его ног. Член тёрся о ягодицы, задевая головкой вход. Баки донельзя необходимо было ощутить его в себе.

Стив его не разочаровал. Не стал затягивать, сразу надёжно заполнил и мягко толкнулся, не торопясь задавать темп. Баки взглянул на него снизу вверх. Глаза у Стива — ледянисто-голубые, глубокие, будто нечеловеческие. Инопланетные. Стив потянулся рукой к его лицу, мягко проследил пальцами линию челюсти, едва ощутимо коснулся губ, а потом заправил за ухо мешающую прядь волос. Скользнув руками Стиву за спину, Баки обнял его и прикрыл веки, наслаждаясь близостью. Именно её ему не хватало, а не секса. Хотя и секс сам по себе был классным занятием. Они неторопливо покачивались друг другу навстречу, сближаясь, пока не прижались крепко-накрепко. Стив положил Баки руки на грудь, чуть пощипывая соски, выводил пальцами аккуратные круги по сморщившимся ареолам. Баки зажмурился, плывя от сочетания ощущений. Постепенно, однако, ему стало не хватать. Он открыл глаза.

— Что? — сразу отреагировал Стив.

— Трахни меня как следует, Стиви, — попросил Баки.

Стив серьёзно кивнул, словно Баки дал ему важное задание. Потом отодвинулся, развернул Баки на живот и вошёл в него куда резче, чем до этого. Баки ахнул и подался навстречу. Стив толкался теперь чаще, двигал бёдрами сильно и резко, но далеко не на своей предельной скорости. Баки очень, очень хотелось кончить, но ему не хватало чего-то. И вовсе не руки на члене, хотя и её, тоже, конечно, но больше ему не хватало возможности видеть Стива. Видеть, что Стиву тоже хорошо, что он здесь. Баки принялся поворачиваться, выгибаясь.

— Неудобно? — Стив потянул член наружу.

— Не-не, не шевелись, я сейчас.

Баки, наконец, завершил свой маневр и развернул верхнюю часть тела так, чтобы лежать почти на спине. Стив его понял, он всегда всё понимал правильно… в постели. Теперь одна его нога была вытянута, вторая согнута в колене, а Стив лежал сбоку от него. Угол, под которым он теперь проникал в Баки, сменился, и оказалось, что Стив попадает куда-то в очень правильное, очень чувствительное местечко. Тесно сжатый его телом член казался больше, ощутимее, толчки — острее, ярче. Баки обхватил его за шею, и Стив принялся целовать его в шею и в ключицу, прикусывать ухо, ласкать повсюду, куда мог дотянуться ртом. Бедром Баки удачно прижал собственный член, и теперь ему вполне хватало фрикций. Стив задвигался быстрее, явно уже добравшись до предела, и Баки отпустил себя. Зажмурился на несколько секунд, воображая себя лопнувшим воздушным шаром. Под ногой стало тепло и мокро, и внутри Стив стал каменно-жёстким, напрягся, как натянутый перед выстрелом лук, и кончил с долгим протяжным полукриком-полустоном. И сразу же рухнул на Баки, задыхаясь.

Хриплые, редкие, но от того ещё более драгоценные стоны Стива занимали первое место в рейтинге лучших стонов, которые когда-либо слышал Баки.

Пару минут спустя Баки развернулся и улёгся поудобнее, подтянув к себе Стива. Потом пощупал собственный сосок, приподнял руку Стива и с интересом посмотрел на его грудь.

— Ты смотри, — восхитился он, — всё ещё торчат.

— Угу, — как-то без интереса отозвался Стив.

Баки скользнул рукой на быстро вздымающуюся и опадающую грудь. Стив неровно дышал, его сердце быстро билось прямо под ладонью.

— А у нас ещё бутерброды остались?

— В разобранном виде в холодильнике, — сострил Стив.

— Тогда я на кухню. — Баки обуял вдруг не только голод, но и жажда деятельности. — Я скоро вернусь. И не забудь, два минета.

Однако, когда Баки вернулся с тарелкой бутербродов, Стив крепко спал, завернувшись в одеяло по самую макушку.

“Укатали сивку крутые горки”, — подумал Баки, беря самый верхний кусок хлеба с сыром и ветчиной.