Actions

Work Header

Магазин времени не работает

Chapter Text

Хьюго долго не выпускал Гарри из объятий, и чем больше Рон смотрел на них, тем поганее становилось на душе. Если бы не чертовы законы времени, они бы могли просто оставить Гарри себе: ну жил бы приемышем, ну и что? И время сейчас замечательное: мирное, интересное, человечество развивается, даже волшебное сообщество наконец-то стало вылезать из девятнадцатого века в двадцатый — идеально.

Вот только Гарри — это не просто какой-то там парнишка, нет, ему суждено стать героем и всех спасти, поэтому его каникулы в будущее пора прекращать.

Что ж этому малому так не везет на простые житейские радости, ну?!

Гермиона нашла одежду Гарри, в которой он к ним прибыл. Чтобы он не замерз по дороге к школе, Хьюго одолжил зимние шмотки, которые Гарри натянул поверх своего летнего прикида. Старые кроссовки Рон уменьшил и положил в карман, а Гарри временно достались ботинки Хьюго.

Хьюго лез к Гарри обниматься, когда тот ел, лез обниматься, когда тот переодевался, лез обниматься, когда Гарри рисовал им всем на память открытки. Наблюдая за этим, Рон понял, что больше никогда не приведет домой гостей из прошлого или будущего. Нахрен, пусть лучше торчат в пыльном подотделе регулирования временных парадоксов, он и раскладушку наколдует, и шахматы притащит, но вот чтобы таких драм больше не возникало. У него у самого сердце кровью обливалось, хотелось просто залезть под стол и обмазаться тортом, а лучше двумя.

Пришло время последних обнимашек. Хьюго заплакал, из-за чего заплакал Рон (в кладовке с едой, чтобы никто не увидел), и даже Гермиона пустила скупую мужскую слезу. Гарри героически держался, стараясь сохранять спокойствие.

Рон и Гарри вышли наружу. Гарри драматично обернулся и помахал Хьюго, выглядывающему из окна.

— Нам пора, — шепнул Рон, протягивая Гарри свою руку.

Гарри казался белее снега, но решительно кивнул и с силой стиснул пальцы Рона.

— Сейчас мы аппарируем — мгновенно перенесемся в другое место, — объяснил Рон. — Тебя может немного укачать, но это нормально для первого раза. Готов?

— Да, — Гарри покрепче сжал его руку.

С громким хлопком они перенеслись туда, где все это и началось. Гарри немного закачало, но Рон его придержал, помогая устоять на ногах. Малой помотал головой и восстановил дыхание. Первую попытку аппарации (ну, в сознании) он пережил хорошо, о чем Рон сообщил вслух.

— Школа выглядит такой старой, — произнес Гарри, рассматривая серое здание. — Я не обратил на это внимание тогда.

— Ну, тебе было не до того, — усмехнулся Рон. — Когда тебя придавливает огромным булыжником, как-то не до пейзажных красот, ага?

Снег хрустел под ногами, от морозного ветра слезились глаза. Уже вечерело, скоро должны были зажечься фонари.

— Ты помнишь место, откуда тебя вынесло?

— Возле столовой, кажется, — с сомнением в голосе сказал Гарри. — Только там теперь стройка какая-то…

Рон помог перелезть Гарри через строительное ограждение, а потом последовал за ним. Гарри огляделся и указал на кучу строительного мусора.

— По идее, где-то здесь, — произнес он.

— Хорошо, нам надо отойти подальше от этого места, чтобы нас не засосало опасное сосало и не забросило обратно в две тысяча семнадцатый.

Но поблизости валялось слишком много потенциально опасных штук: и разбитое стекло, и палки с торчащими гвоздями, и какая-то ржавая проволока. Рон еще не до конца доверял путешествиям во времени и не хотел, чтобы их проткнул какой-нибудь штырь в случае неудачной попытки.

Похожее с ним уже происходило: он как-то угодил в болото, которое в его настоящем уже высохло. Выбрался-то он без проблем, а вот новые ботинки было жалко…

Рон огляделся по сторонам.

— Знаешь, полезли-ка лучше на крышу. Ты любишь крыши? Я обожаю лазить по крышам!

Гарри признался, что никогда раньше не лазил по крышам, но не прочь начать. Тем более Рон пообещал поднять его туда магией, потому что проржавевшая пожарная лестница отвалилась и лежала среди гор строительного мусора.

Когда они взобрались на крышу, Рон достал маховик времени и стал накручивать дату — восьмое июня тысяча девятьсот восемьдесят девятого. Гарри угодил в червоточину в полдвенадцатого утра, но Рон отнял еще полчаса в запас. Все равно они приземлятся на крыше, где их не должны увидеть, а так у них будет время, чтобы нормально попрощаться.

— Держись крепко, — сказал он.

Гарри глубоко вдохнул. Рон видел, как сильно он боролся с собой и своими чувствами, поэтому решил немного подождать, дать Гарри самому справиться с этим.

Наконец-то Гарри сам протянул к нему руку и крепко схватился за локоть Рона.

— Это гораздо легче аппарации, ты ничего не почувствуешь, — пообещал он.

Почти правда. Путешествия во времени отнимают магию, но от них хотя бы не тошнит. Ну, если не злоупотреблять, конечно же…

Дождавшись кивка, Рон сдвинул рычаг.

Солнце неожиданно ярко ударило в глаза. На деревьях щебетали птицы, листва шуршала от легкого теплого ветерка. С игровой площадки неподалеку доносился детский визг: как у них бедняг хватает энергии носиться в такую духоту?

Рон тут же потянулся к своему шарфу, а потом принялся расстегивать пуговицы своего зимнего пальто. Гарри тоже стянул с себя шапку и куртку, одолженные у Хьюго, затем выбрался из зимних штанов, оставшись в своих безразмерных шортах. Рон достал из кармана уменьшенные старые кроссовки Гарри и вернул им прежний облик. Пока Гарри переобувался, Рон занялся одеждой Хьюго.

— Все? — спросил Гарри. Голос его дрогнул.

Рон закусил губу и присел перед ним на корточки.

— Нет, малыш, — он взял сжал ладони Гарри в своих руках, и проглотив ком в горле, сказал: — Мне нужно будет стереть тебе память о последних днях.

Гарри несколько секунд обдумывал его слова, а потом замотал головой и попытался вырваться:

— Нет, пожалуйста!

Он так стоически выдержал прощание с Хьюго и путешествие в прошлое, но сейчас не смог справиться с эмоциями. И Рон его понимал, у него у самого слезы наворачивались на глаза.

— Гарри, поверь, я сам не хочу, — сказал Рон, голос у него дрожал. — Если бы это было в моих силах, я бы на все пошел, чтобы ты остался с нами.

— Но магия! Вы же…

Рон его перебил.

— Нет. Магия не все решает, Гарри. Она просто немного упрощает нам жизнь, а иногда даже усложняет.

— Я не хочу. Я не хочу забывать, — прошептал Гарри, шмыгая носом. — Пожалуйста, не надо!

Рону понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями и подобрать слова.

— Ты ничего не помнил, когда мы с тобой встретились. И тебе будет легче перенести нашу разлуку, если ты не будешь помнить. Я, Хьюго, Гермиона… мы же не просто в другой город переезжаем. Сейчас мы будем жить в разном времени, мы не сможем переписываться или встречаться, если ты по нам соскучишься, — Рон прервался, его речь зашла в депрессивные дебри, нужно было оттуда выруливать.

— Но зато мы скоро познакомимся, — снова заговорил он. — Заново. И знаешь, это будет круто! Неловко, мы с тобой оба будем тупить, не зная, как начать разговор, но… да, мы познакомимся. И это станет началом многолетней охренительной дружбы!

Рон обхватил лицо Гарри своими ладонями и большими пальцами стер слезы с его щек.

— Знаешь, Гарри, ты серьезно повлиял на мою жизнь. И не только на мою. Возможно, тебе сейчас в это трудно поверить, но это так. — Рон постарался растянуть губы в улыбке и продолжил: — А однажды мы с тобой угнали у моего отца машину и полетели на ней в Хогвартс! Нам было всего двенадцать лет! Какой двенадцатилетка может похвастаться тем, что вел летающую машину? А никакой, только мы с тобой!

— Летающую? Правда? — Гарри шмыгнул носом и улыбнулся сквозь слезы. — И чем все кончилось?

— О, мы влетели в бешеное, очень мстительное дерево, — сказал Рон и Гарри выдавил из себя смешок.

— Я буду… ну, счастлив?

Рон сглотнул.

— Ну, иногда у тебя будут трудные периоды, а иногда счастливые и беззаботные. Как и у всех людей, — пожал он плечами.

Конечно, Рон лукавил. Временами на плечи Гарри выпадали такие испытания, которых хватило бы на несколько человеческих жизней. И этот эпизод с червоточиной тоже к таким относился.

— Но ты встретишь классных людей, многие из них станут твоими друзьями. А сам ты вырастешь в очень талантливого волшебника и отличного парня. У тебя будет очень большая семья, огромный светлый дом, вокруг постоянно будут вертеться близкие и дорогие люди.

— Мне трудно в это поверить, — шепнул Гарри, вытирая глаза.

— Но ты же доверяешь мне, да? — дождавшись кивка Гарри, Рон продолжил: — Как только ты поедешь в Хогвартс, мы с Гермионой будем рядом с тобой. Будем тебя поддерживать, будем вместе влипать в неприятности… думаешь, угнанная машина — это самый пик? Нет, малой, там столько веселой фигни еще случится! Просто тебе нужно немного подождать. Тебе уже почти девять лет, верно? Вот через два года все изменится. И если ты не сможешь забыть о последних днях, эти два года будут тянуться вечность. Ты только замучаешься, понимаешь?

Гарри, кажется, уже почти сдался. Рон решился его приобнять, и тот внезапно вцепился в Рона со всей силой.

Рон уже сам не мог сдерживать слезы.

— Я очень сильно тебя люблю, — прошептал он в макушку Гарри. — И я очень рад, что познакомился с тобой. Дважды.

Он сказал маленькому Гарри то, на что не хватало смелости выдать взрослому Гарри.

Мелкий снова выдавил из себя смешок сквозь слезы, а Рон покрепче прижал его в себе.

Какой же он маленький, господи!

— Спасибо вам за все, — с трудом выговорил Гарри, отстраняясь. Он стучал зубами, но не от холода. Его нервы были на пределе. — Эти дни… это было… — он сглотнул, спрятав лицо в ладонях.

— Я знаю, Гарри, — сказал Рон. — Все в порядке.

Он погладил Гарри по плечам, вытер платком слезы, подождал, пока он высморкается и восстановит дыхание.

Рон посмотрел на тикающие деления маховика. У них оставалось мало времени.

— Мне нужно, чтобы ты посмотрел мне в глаза. Я буду аккуратен, ты ничего не почувствуешь. Веришь мне?

Гарри кивнул, широко распахнув глаза. Рон достал палочку и приложил ее к виску Гарри. Он много раз стирал память, но ему еще не приходилось выдирать такой огромный кусок из воспоминаний.

Гарри, к счастью, ему доверился и сумел открыть сознание. Вряд ли он знал, как это делается, нет, просто смог настроиться на нужную эмоцию, облегчив Рону задачу.

Рон старательно собирал последние воспоминания Гарри, формируя аккуратный шар из мыслей. Он визуализировал чертоги разума как Зал пророчеств с бесконечным количеством стеллажей. Одни воспоминания погасли, как давно забытые, другие сверкали ярким светом.

Вдруг его рука дрогнула. Рон сумел удержать контакт и не снести мыслехранилище Гарри к хренам, однако напрягся. Что-то в голове Гарри сопротивлялось вмешательству.

Рон скатал шар и принялся искать враждебный источник.

Точно, крестраж. Это он пытался защититься.

Рон покрепче перехватил шар с воспоминаниями Гарри и постарался выстроить барьер вокруг частички Волдеморта. Она оказалась слабее, чем он ожидал. Жалкая, дряхлая, как маленькая псина, которая умеет только нападать и гавкать.

Рон сжал барьер настолько сильно, чтобы у частички Волдеморта осталось минимум пространства. Черной кляксой душонка заметалась в прозрачной сфере, пытаясь выбраться.

Оставив сферу в покое, Рон стал размышлять, что делать с воспоминаниями у себя в руке. Слишком большой отрезок времени, нельзя просто бросить воспоминания на пол и раздавить ногой. Он осмотрелся и нашел стеллаж с поблекшими воспоминаниями. Шарики не светились, полки были покрытым толстым слоем пыли. Он вгляделся в содержимое: почти все там было как в тумане. Обрывки песен, параграфы по истории, списки покупок, слова для школьных постановок, внезапные идеи перед сном… похоже, этот стеллаж отвечал за кратковременную память.

Идеально! Мозг Гарри не станет цепляться за эту часть его мыслехранилища, не будет пытаться искать там ответы на какие-то вопросы, принимая все за бесполезный хлам. Легилименты сюда тоже не сунутся, эти мысли не представляют никакого интереса для них.

Воспоминания Гарри Рон тоже заключил в барьер, но вложил в это куда больше сил, чем во временную тюрьму душонки Волдеморта. Едва шарик оказался на полке, он стал гаснуть. Спустя несколько мгновений его поверхность не только полностью потускнела, но и стала покрываться пылью.

Рон аккуратно вышел из сознания Гарри.

Тот стоял на крыше, глаза его были закрыты, он глубоко дышал, словно спал или медитировал. Но Рон знал, что это состояние продлится недолго. Он скрылся с глаз и отошел от Гарри, чтобы не столкнуться с ним, и начал наблюдать за происходящим.

Маховик показывал одиннадцать тридцать три. Через минуту все должно случится.

Откуда-то издалека до ушей Рона донесся знакомый гул. Пространство начало давать трещину.

Из-за гула он не сразу услышал детские вопли — это за Гарри — более младшим Гарри — гналась толпа ребят. В одном из мальчиков Рон распознал Дадли. Гарри сильно оторвался, но банда засранцев все равно не останавливалась. Это могло стать проблемой – другие дети не должны увидеть, как Гарри растворился в пространстве.

Как только Гарри забежал за нужный угол, Рон опустил за ним магглоотталкивающий барьер. Маленькие ублюдки застряли возле невидимой стены, их внимание расфокусировалось, они стали растерянно оглядываться, пытаясь понять, куда делся этот хренов Поттер.

А Гарри тем временем продолжал бежать, не оборачиваясь, пока вдруг не исчез, перепрыгнув через мусорные баки. Рон сверился с часами. Все верно: Гарри пропал на исходе тридцать четвертой минуты.

Другой Гарри еще стоял на крыше в полусонном состоянии. Рон громко щелкнул пальцами, и он сразу же очухался, быстро заморгал и принялся осматриваться.

— Что за черт? — пробормотал он, подходя к парапету.

Бедняга совсем растерялся. Рону очень хотелось его обнять и успокоить, но он уже не мог себе этого позволить.

Рон подошел к пожарной лестнице, которая еще не успела отвалиться, как в его времени, и стал спускаться вниз.

Нужно было закрыть червоточину.

Пока он был занят разломом, краем уха расслышал вопли. Какая-то тетка кричала на бедного Гарри за то, что тот забрался на крышу.

— Ох, извини, приятель, — шепнул Рон, обернувшись.

Ему было неловко, что он так подставил бедолагу, но иначе у них не получилось бы это все провернуть.

— Я напишу письмо мистеру и миссис Дурсль! — продолжала сотрясать воздух тетка.

— Ха-ха, Поттер попал! — заржал какой-то мелкий дрыщ. Барьер Рона уже успел рассеяться, и этот мелкий сброд собрался под окнами, чтобы посмотреть, как злая учительница отчитывает Гарри.

— Но миссис Роммиль!.. — отчаянным голосом крикнул Гарри.

— Слезайте немедленно!

Под гогот банды Дадли, Гарри стал спускаться по пожарной лестнице. Рона взбесили эти засранцы, поэтому он встал за их спинами и аппарировал с непозволительно громким хлопком. Если Гарри влетело за крышу, пусть и этому сброду достанется за взрыв петард.

* * *

Он переместился в спокойное место неподалеку и схватился за маховик времени. Его вдруг пробрала дрожь. А вдруг все, что дальше тридцатого октября окажется для него закрытым?

Паника была секундной, мимолетной, но достаточно сильной, чтобы перехватить дыхание.

Мозг заработал и вспомнил, что вчера Блишвик и Патриция уже испытали на себе путешествия во времени и сумели вернуться.

Он начал крутить деления. Его пальцы все равно дрогнули, когда он подобрался к концу октября, но как только он закрутил числа дальше, страх отпустил.

В третье ноября он вернулся без происшествий. Из-за деревьев виднелась закрытая на ремонт школа. В спину ударил морозный ветер, кожу на лице сразу же защипало холодом. Рон поежился, заматывая шею теплым шарфом.

Пора на работу. Он и так слишком много пропустил…